Стихи Серебряного века

Прощай. В последний раз жестоко

Пустыня (Монмартр… Внизу ревёт Париж)

Парижская панорама вызывает воспоминание о знойной азиатской пустыне и миражах древних городов. Закат оживляет степь огнём, после чего остаются звёздное небо, молчание …

Пять изгибов сокровенных

Раскрылось небо голубое

Светло, как днём, и тень за нами бродит

Сегодня шла Ты одиноко

Синие горы вдали

Скрипнула дверь. Задрожала рука

Смиренность (Зинаида Гиппиус)

Любовь Учителя жизни противопоставлена человеческой привязанности к себе и ложному смирению. Уход от узкого пути показан как сознательное уклонение от уже известного …

Смотрит месяц ненастный, как сыплются жёлтые листья

Снова ближе вечерние тени

Спокойный взор, подобный взору лани

Сумерки, сумерки вешние

Тайна смерти

Ночная тайна смерти открывается герою как сила, способная сжечь только ложные черты существования. Размышление приводит к парадоксу: боль и разлука реальны, но …

Так — одинокой, лёгкой тенью

Тангейзер

Тангейзер разрывает власть Венеры и остаётся один перед крестом и открытым земным простором. После грозы спокойный вечер, мирные города и далёкий органный …

Тетрадь любви. Надпись на конверте (Зинаида Гиппиус)

Запечатанная тетрадь становится образом любви, которую хочется открыть, но удерживает смиренная воля. Полусвет зари и тёмный сургуч подчёркивают избранную недосказанность чувства.

Тихо вечерние тени

Ту звезду, что качалася в тёмной воде

Ты горишь над высокой горою

Ты — думы вечной, вдохновенной

Ты отходишь в сумрак алый

Хранила я среди младых созвучий

Христианин (Зинаида Гиппиус)

Говорящий отвергает мир, любовь, смех и человеческое братство как тлен и грех. Стремление к Богу принимает форму сурового затворничества, жажды оков и …

Часто в мысли гармония спит

Что было год назад? всё то же

Эпиталама

Это было глухое, тяжелое время

Я всё гадаю над тобою

Я вышел. Медленно сходили