На М. С. неклюдову
Огромные глаза героини представлены главным творением Бога. Всё остальное оказывается добавлением к ним в шутливом комплименте.
Здесь собраны короткие стихотворения русских классиков - законченные произведения, которые удобно прочитать за несколько минут. Лаконичные тексты сохраняют характерные образы, интонацию и мысль автора без сокращений.
Огромные глаза героини представлены главным творением Бога. Всё остальное оказывается добавлением к ним в шутливом комплименте.
Сатирическая эпиграмма о литераторе-цензоре, который сочетает «литературный и цензурный» венцы. Одна строка заменена точками.
В тёмном осеннем саду герой тоскует по любимому человеку. Готовность вынести страдания выражает желание услышать шаги и почувствовать близость.
Автор любуется памятником Петру Великому над Невой, его простотой и силой. Перед ним он ощущает любовь к Руси непросвещённой и не находит …
Политическая эпиграмма выражает отвращение русской печати к её назойливым доброхотам.
После грозы город оживает под прояснившимся небом. Свежий весенний воздух, открытые окна и омытая листва создают ощущение обновления.
Горькое обращение к разлуке оплакивает утраченную любовь и прежнюю силу, отказываясь проклинать разлюбившую.
Портрет мыслителя строится на противоречии любви к человечеству и презрения к отдельному человеку. Страсти восемнадцатого века остаются ключом к его неразгаданному характеру.
Герой не верил уверениям в любви: фальшивая нота звучала в речи и в сердце той, кто говорила; и она это понимала.
Эпиграмма на Маркевича, Каткова и Стасюлевича: журнальный спор пересказан языком евангельской сцены, где злобный Стасюлевич плетёт венец терновый.
Шутливое застольное стихотворение: автор пьёт за здоровье Настасьи и её дочери на корабле «Тигр». На пароходе лиры нет, поэтому он поднимает стакан …
Адресат сравнивается с шумным пустым волчком. Колкая эпиграмма высмеивает его внутреннюю пустоту и претензии.
Эпиграмма, обращённая к журналисту: он не родился поляком, хотя шляхтич по направленью, а русский лишь по Третьему отделению. Автор упрекает его в …
Вечерняя заря освещает поле, где звучит песня косаря. Постепенно сливаются тени и над колышущимся тростником загораются звёзды.
Рост русского слова уподоблен пышно разросшимся петровским посадкам в Екатерининской долине.
Шуточное стихотворение о том, как Карп Семёнович сорвался с балкона в суконных панталонах. Мораль: чтобы избежать беды, братьям следует немедленно снять панталоны.
Говорящий измеряет пятачками маленькую руку мадам Менд и воображает поцелуи. Нежный комплимент переходит в двусмысленную шутку о руке толщиной с Царь-пушку.
Старые дубы представлены мудрыми старцами, ведущими непонятный разговор. Герой хотел бы услышать рядом резвую речку, способную раскрыть их скрытую думу.
Говорящий удивляется солидным рассуждениям и поведению Соллогуба. Похвала звучит как ироническое признание прежде низких ожиданий.
Врето и Теотоки названы двумя греками, одинаково склонными говорить невпопад. Перестановка фамилий подчёркивает их комическое сходство.
Непредсказуемость отклика на человеческое слово противопоставлена неожиданному дару сочувствия.
Герой отказывается петь светлые песни любви, потому что его творчество рождается из страдания. Осенний дождь и вой ветра служат сравнениями для рыданий …
Автор вспоминает слова Тютчева о бедных селеньях и размышляет, как богатая земля оказалась в упадке. Причину он видит в нашей беспечности и …
Благотворительность адресатки оправдывает полученные дары судьбы и примиряет наблюдателя с Провидением.