Промельк (И в зле добро, и в добром злоба)
В зле есть добро, а в добром злоба, поэтому нет ни добрых, ни злых, и правы все. Нет ни шведа, ни японца, …
Здесь собраны стихи, написанные в XX веке. Читайте полные тексты лирики, поэм и новаторских произведений, сравнивайте авторов и переходите к их страницам.
Смотреть поэтов группы →В зле есть добро, а в добром злоба, поэтому нет ни добрых, ни злых, и правы все. Нет ни шведа, ни японца, …
Ростовщик Псой разоряет деревни, прикрывая наживу разговорами о благодеянии. Спасшись от возмущённых солдаток, он появляется на политическом собрании как мнимый представитель народной …
Судьба зерна, которое должно умереть в земле, становится законом духовного возрождения. Тот же путь обещан душе героя, стране и народу, переживающим исторический …
Ночная стоянка римских солдат наполнена запахами болота, кострами и ожиданием боя. Сквозь полусон пробиваются тревога о возвращении домой и память о синих …
Ответ на княжеское письмо превращает цитату Гёте в сатирический плач о потере сословных привилегий. Привычный покой бывшего вельможи противопоставлен требованию жить собственным …
История Руси рассказана как судьба желанной невесты, ушедшей из терема к разбою, пожару и нищете. Осуждение уступает поклону перед поруганной, юродивой родиной.
Видение: кто-то выходит с головой на блещущем блюде, и героиня спрашивает, не она ли это сама. На её груди лежит целый город, …
Снежные просторы России поглощают деревни, дорогу и исчезающие сани. Лишь вороны и цветной зимний закат на время нарушают беззвучную белизну равнины.
Сон представлен странствием души за пределы телесного существования. После тяжёлого пробуждения привычный двор сохраняет слабый отсвет иного мира.
Зимняя неподвижность сменяется скрытым пробуждением зерна в час солнцеворота. Природный круг соединяет смерть, ожидание весны и возобновление жизни.
Сонет сопоставляет привычную цельность небесного пейзажа с тревожным звуком оконного стекла. Вопросы о луне и желанном чуде нарушают внешнее спокойствие заката.
Красный свет в окне уподобляется люльке и одновременно ранящему жалу. Плавное укачивание сменяется тревогой за хрупкое начало жизни.
Память и поэтическое слово противопоставлены военной славе и исчезнувшим певцам. Финальное обращение сохраняет личную близость среди исторических потерь.
Ветры уходят спать, ночь подходит каменной горой. Бешеный атаман отдыхает со своей княжной и слушает над жарким шатром «соловьиный гром».
Степан Разин говорит из посмертного заточения о прежнем бунте, пытках и возвращении на суд над Москвой. Обещанное равенство соединено с жестокой местью …
Политическое совещание изображено бесплодной схваткой. Чем активнее участники спорят, тем сильнее распадается общее здание.
Четырёхстрочная эпиграмма приписывает Каину и Хаму греховные политические первенства. Библейские персонажи превращены в сатирическую остроту.
В оставленном доме продолжает жить тень прежней хозяйки. Её незримое присутствие нарушает спокойствие новых обитателей.
Четыре сонета проводят Робеспьера от пророческого образа кровавого Мессии к последней телеге Термидора. Террор и политическое падение показаны как жертвенный круг, в …
Закрытые глаза открывают видение райских роз и рек. Героиня узнаёт себя грустной Евой у древа и слышит искушающий голос змеи.