Записка к баронессе
И я прекрасное имею письмецо
От нашей Долбинской Фелицы!
Приписывают в нем и две ее сестрицы;
Ее же самое в лицо
Не прежде середы увидеть уповаю!
Итак, одним пораньше днем
В володьковский эдем,
То есть во вторник, быть с детьми располагаю —
Обедать, ночевать,
Чтоб в середу обнять
Свою летунью всем собором
И ей навстречу хором
„Благословен грядый!“ сказать.
Мои цыпляточки с Натальею-наседкой
Благодарят от сердца вас
За то, что помните об них, то есть об нас!
Своею долбинскою клеткой
(Для рифмы клетки здесь) весьма довольны мы!
Без всякой суетной чумы
Живем да припеваем!
Детенки учатся, подчас шалят.
А мы их унимаем!
Но сами не умней ребят!
По крайней мере, я — меж рифмами возиться
И над мечтой.
Как над задачею, трудиться!..
Но просим извинить; кто вправе похвалиться,
Что он мечте не жертвует собой!
Все здесь мечта — вся разница в названье!
Мечта — веселие, мечта — страданье,
Мечта и красота!
И всяк мечту зовет, как Дон Кишот принцессу!
Но что володьковскую баронессу
Я всей душой люблю... вот это не мечта!
P. S. Во вторник ввечеру
Я буду (если не умру
Иль не поссорюсь с Аполлоном)
Читать вам погребальным тоном,
Как ведьму черт унес,
И напугаю вас до слез.