В потёмках
Один проснулся я и — вслушиваюсь чутко,
Кругом бездонный мрак и — нет нигде огня.
И сердце, слышу я, стучит в виски… мне жутко…
Что если я ослеп! Ни зги не вижу я,
Ни окон, ни стены, ни самого себя.
И вдруг, сквозь этот мрак глупой и безответный,
Там, где гардинами завешено окно,
С усильем разглядел я мутное пятно,
Ночного неба свет полоской чуть заметной.
И этой малости довольно чтоб понять,
Что я еще не слеп, и что во мраке этом,
Всё, всё пророчески полно холодным светом,
Чтоб утра теплого могли мы ожидать!