Борису Фриденсону
Пеной потока серебряно-пестрого
Мысли кипели твои и мои.
Но совершилось: о выступы острова
Мы раздробились в две тонких струи.
Мы разошлись – и не выбрал истому ты
Сладостных мук в неизвестных путях
Мне предоставил пучины и омуты,
Бури и брызги в крутых берегах.
Сам же потек безмятежной дорогою,
Старым руслом, по песчаному дну,
Камни омыл и, их груди не трогая,
Ты успокоенно катишь волну.
Нет, я не знаю, что будет, что сделаю,
Что совершу, размывая кусты!
Может по-прежнему пеною белою
Не отражу голубой высоты,
Может иссякну, бесследно исчезну я,
Может за островом – там – вдалеке,
Вместе сольемся волною любезною,
Вместе потечь в беспокойной реке.
Ты подойдешь и волной серебристою,
Чистою влагой сверкнешь предо мной,
Я же вольюсь, если только я выстою,
В блеск твоей славы жестокой волной.
В грудь твою ясную красное полымя
Замыслов дерзких, не детских волью.
Вместе сольемся волнами веселыми
Вместе потечь в незнакомом краю.