На крыльях экстаза
Снится мне Нил, озаренный
Лунной струей серебра,
Кружево пальмы склоненной,
Солнцем папирус спаленный,
Шепчущий гимн Амон-Ра.
Сфинксов огромных аллея
К темному храму ведет,
К храму Гатор, — и белея
Массами скал ипогея
Фив Некрополис встает.
Там на вершине Карнака
Вышка Изиды блестит,
И неподвижно из мрака
В тайну путей Зодиака
Жрец, созерцая, глядит.
Звезды восходят, заходят.
Мерно движенье планет…
Мысли по Вечности бродят
В мире надзвездном, где водит
Вечный Озириса свет…
Вдруг распахнулися входы
Храма Гатор, — и, кружась,
Вырвались жриц хороводы,
Словно не вынесли своды
Пляски стихийную страсть.
Факелы пурпур сливают
С блеском луны голубой,
Арфы звенят и рыдают,
Смуглые лица пылают, —
Дышит Дракон огневой!
Ткани мелькают, пестрея,
Вторят движению тел,
И, обезумевши, змеи
Жалят и руки и шеи, —
Жизни хаос закипел.
Вянут цветы в исступленье,
Мчится по ним хоровод:
Темный экстаз разрушенья
К Нилу, — к пучинам забвенья —
Мчит их вперед и вперед.
Вопли восторга… стенанье…
Гибели крики… и плеск…
Брызги… алмазов сверканье…
Пена… — и снова молчанье,
Льется серебряный блеск…
Тусклы священные волны,
Дремлет над Нилом Луксор,
Сфинксы аллеи безмолвны,
Тайной стихийности полны
Темные лики Гатор.
Меркнут пути Зодиака, —
Время над миром летит…
Только на храме Карнака
Из предрассветного мрака
Жрец, созерцая, глядит.