Накануне
Под вой волков лесной пустыни
Стонала снежная метель
В ту ночь, когда рука рабыни
Мою качала колыбель.
Еще не пробил час заветный:
Ночь, только ночь -- и свет блеснет
Во тьме юдоли нерассветной,
И нет обиды безответной,
И нет рабов, и нет господ I
Но накануне избавленья
Свирепый бич еще хлестал,
И не напев благословенья
Мой слух младенческий ласкал.
Отцовский грех, в правдивой злобе,
Народ на сына перенес:
"Тебя, зачатого в утробе
Из наших мук, из наших слез,
Пусть месяц с солнышком не греют,
Ни мать-земля не бережет,
Пусть вихри буйные обвеют,
Пусть ворон черный заклюет!"
Уж рабство гнусное истлело,
Но клятва та крепка была:
Увы! ни солнце не пригрело,
Ни мать-земля не сберегла...
И всё мне снится: глушь пустыни...
Бушует снежная метель...
И в час ночной рука рабыни
Мою качает колыбель!