Стихи Серебряного века

Когда-то, когда-то у Нила

Мандрил мечтает стать пумой, а бегемот орлом. Их нелепые желания оказываются насмешливым отражением читателя, недовольного собственной природой.

Колокол дремавший

Дремавший колокол разбудил поля, и сонная земля улыбнулась солнцу. Удары несутся к синим небесам, голос раздаётся по лесам, а за рекой скрылась …

Кофта фата

Край любимый! Сердцу снятся

Край ты мой заброшенный

К растаявшему золоту свечей…

Седая голова у свечей соседствует с полным безразличием к погоде, календарю и далёким странам. Потеря отклика на внешний мир передаёт состояние душевного …

Кузнец

Кусочки неба, маленькие кусочки…

Рассыпающаяся картина мира передана через образы маленьких обломков, бессонницы и испуга. Обращение к ребёнку с игрушкой звучит как просьба о любви и …

К черте черта

Лазарь

Воскресший Лазарь возвращается к жизни с неизгладимым страхом в глазах. Радость не способна устранить пережитую тайну смерти.

Летучие

Летучие рыбки над волной уподоблены стрекозам, скрипичному лепету и быстрому сну.

Лишь

Герой сливается с птицей, туманом, лучами и волной. Заключение утверждает зависимость видимого мира от воспринимающего взгляда.

Лучше б мне частушки задорно выкликать

Героиня мечтает о простой совместной жизни вместо своей нынешней судьбы. Близость, ребёнок и скромный заработок складываются в образ недоступного семейного уклада.

Любовь твоя жаждет так много

Любовный совет призывает отказаться от упрёков и увидеть в любимом живого земного человека. Страсть должна соединять телесную радость, сердечную боль, верность и …

Магомет и Сафия

Сафия плачет, что её называют жидовкой; Магомет с усмешкой и любовью отвечает, чтобы она сказала: Авраам отец мой, Моисей мой дядя, Магомет …

Малайский костёр

Огонь представлен живым существом с красными когтями, пожирающим зелёные ветви.

Мама и убитый немцами вечер

Мгла замглила даль долины

Мгла смягчает солнце и очертания долины. Весь мир кажется поблекшим старинным гобеленом.

Мгновенья мгновеннее (Брюсов)/На лыжах

Быстрый лыжный бег и снежный простор соединяются с любовным сближением. Повторы слов и созвучий передают опьянение движением и зыбкость счастливого мгновения.

Мгновенья мгновеннее (Брюсов)/Утром

Утренний свет вторгается в близость двоих, стирая ночную тайну. Любовное ожидание ответа и желание удержать прошлое переданы густыми внутренними рифмами.

Медвежата

Рождение медвежат в снежном феврале воспринимается как удивительный знак скрытого тепла. Детская фантазия связывает удлинение дня и оживание земли с появлением малышей …

Мережа

Птичий зов уводит мысль к старым сагам. Вихрь приносит душе весть из сказочного пространства.

Мечты

Обиженный ребёнок мечтает навсегда уехать в дальние страны и начать приключенческую жизнь. Но воспоминание о катке, вербном базаре, маме, брате и котёнке …

Мне не надо счастья малого

Одинокая в семье женщина провожает мужа к другой и укладывает ребёнка. Молитва и мечта о храме становятся её внутренней опорой.

Могу познать, могу измерить

Обращение к Гумилёву утверждает способность духа пережить холод и мрак. Познание и память о прежних сомнениях соединяются с уверенностью в неугасающем духовном …

Моей сестре

Прозорливец предсказывает героине трудную жизнь Христовой невесты. Его слова о лишениях и смерти неожиданно приносят ей радость.

Мое сердце еще недостаточно каменно…

Желание окаменеть и перестать страдать за других сменяется порывом сострадания и молитвой. Неожиданное прикосновение к грязной трубе подчёркивает растерянность человека, ищущего добро …

Мой маяк. Мадригал

Любимая Мария становится маяком среди мировых мелей и морского мрака. Навязчивый повтор и аллитерация на «м» превращают мадригал в заклинание, соединяющее нежность …

Молитва матери

Молотьба