Весна
Таяние снегов, разливы, цветение и птичьи голоса составляют подробную картину весеннего пробуждения. Возвышенные описания перемежаются непристойными наблюдениями и заканчиваются нарочито грубым желанием …
Стихи Золотого века - лирика, поэмы, басни и баллады всего XIX столетия: от Крылова и Жуковского до Некрасова, Фета и Надсона. Откройте полный текст, перейдите к странице автора и найдите другие произведения эпохи.
Смотреть поэтов эпохи →Таяние снегов, разливы, цветение и птичьи голоса составляют подробную картину весеннего пробуждения. Возвышенные описания перемежаются непристойными наблюдениями и заканчиваются нарочито грубым желанием …
Весеннее созерцание противопоставлено богатству, алчности и светской суете. Восторг перед природой приводит к размышлению о счастье среди чужих страданий и надежде на …
Приход весны будит в герое мечты о счастье и воспоминания об утраченных годах. Он чувствует себя лишним на празднике природы, но надеется …
Неожиданный снег радует старого героя возможностью продлить привычный зимний покой. За нежеланием встретить весну открывается сожаление о сокращающемся числе оставшихся зим.
Молодая весталка Секстилия мучительно противопоставляет любви и земной жизни навязанный обет служить богине. Не получив ответа от неподвижного идола, она отказывается от …
Весталка спасает осуждённого юношу, пользуясь священным правом. Оставшись одна, она горюет о запрете любви и просит спасённого помнить о ней.
Весенние птицы, тающий снег и первые громы зовут героя на простор. В их голосах он слышит желание порвать последние оковы, запеть, засмеяться …
Герой легко переходит от похорон к крестинам, замечая собственное омертвение. Ироническая уверенность в спокойной жизни обнаруживает цену изгнанных из сердца чувств.
Новая любовь вызывает одновременно надежду на счастье и память о прежних унижениях и сомнениях. Её сила разрушает душевный холод, а слёзы соединяют …
Вечерние цветы напоминают герою черты отсутствующей Анюты. Угасание света не ослабляет, а усиливает любовное волнение, переходящее в болезненный восторг.
На фоне тихого заката влюблённый пытается развеять тревогу своей подруги. Надежда на безбурное будущее уподобляется мирно догорающему вечеру.
Герой оживает с наступлением вечера и наблюдает за звездой, облаком и слабым светом свечей. Тишина пробуждает мечты и печальные воспоминания.
Вечером в ненастье герой слышит жаворонка и спрашивает, он ли это, гость утра, в поздний мёртвый час. Звучный голос потряс ему душу, …
Вечерние огни последовательно возникают в звёздах, столичных окнах, душе стареющего поэта и надежде на обновлённое человечество. Общий рефрен связывает красоту и вдохновение …
Уход пустого дня становится предвестием целой бесплодной жизни. Страх потерянных лет соединяется с ожиданием почти незаметной смерти и единственной далёкой слезы памяти.
Вечерний колокольный звон возвращает поэту надежду на вдохновение или окончательный покой. Его звучание связывает личное угасание с памятью о гениях и непреходящим …
В варианте стихотворения ожидание ночи становится поиском веры и звёздного пути. Колокольный звон противостоит светскому шуму и напоминает о судьбе искусства и …
Пение молодой девушки пробуждает в герое мучительную и сладкую память. Повтор «вечернего звона» связывает голос, природную тишину и любовную тоску.
Вечерняя звезда пробуждает память о любви и утраченных надеждах. Прощаясь с нею, герой всё же утверждает способность выдержать жизненные удары.
Вечерняя молитва выражает страх грешника перед смертью и судом. Он просит явить милосердие именно на падшем человеке и укрепить его против зла.
Лирическое обращение к закату и родной песне, которую слышно в степи на заре. Песня успокаивает горе, будит юность и надежду, и поэт …
Свобода изображена вечной невестой, чьё соединение с миром всякий раз срывается. Недоступность сохраняет её чистоту, превращая аллегорию брака в размышление о неосуществлённом …
Легендарный вечный скиталец среди балканской войны вспоминает наказание за отказ сострадать Христу. Он обвиняет державы и религиозные власти в том же равнодушии …
Обвинение в стихотворном воровстве оборачивается издевательской защитой обвиняемого. Чужое, даже искажённое, здесь саркастически объявлено лучше собственного вздора.
Истомлённая засухой земля ждёт дождя от надвигающейся грозы. Туча уходит, уронив лишь одну бесполезную каплю, и надежда на избавление сменяется горьким упрёком.
Служебный карьерист подменяет природные красоты орденами, деньгами и благосклонностью начальства. Повторяющееся отрицание буквального пейзажа разоблачает его корыстный взгляд на мир.