Стихи символизма

В очарованьи здешних мест

Герой видит окружающий мир светлым благодаря собственной преображающей силе. Уверенность в её смысле делает каждый день прекрасным.

В полдень мертвенно-зелёный

Мертвенно-зелёная вода загадочно светится под луной. Повторяющийся вопрос превращает её цвет в тревожную приманку.

В пути, многократно измеренном

Привычный путь неожиданно открывает чужое присутствие. Повторение знакомого маршрута становится встречей с тайной.

В разные годы

Всё зеленее и светлее

За вагонным стеклом мир становится теплее, зеленее и нежнее. Приближение счастья заставляет героя усомниться в необходимости ненависти и зла.

Все мы, отвергнутые раем

Отвергнутые раем или отрёкшиеся от него люди сохраняют смутную память о блаженстве. Майское упоение невольно возвращает забытый опыт.

Всё чаще девушки босые

Босые сельские девушки радуют героя простым и свободным смехом. Отказ от обуви изображён как освобождение от душной искусственности и наглядный урок другим.

Вспомнил я старую сказку

Вспомни слёзы Ниобеи

Горе Айседоры сопоставлено с долей Ниобеи. Засушливый ветер и сожжённая жатва становятся образом разрушенного жизненного счастья.

В ту ночь нам птицы пели, как серебром звеня

Вы бледны, моя сеньора

Где-то есть тропа мечтательная

Герой надеется на существование светлой тропы, где правда сильнее жизненной лжи. Но никто не показывает ему, как найти этот воображаемый путь.

Гимн богам

Гимн Нилу

Глядит высокая луна

Луна наблюдает за автомобильным движением с невозмутимой ясностью. Долгая память небесного светила противопоставлена недавнему торжеству человеческих усилий.

Города. Триолеты

Двенадцать городских триолетов соединяют вокзальную тревогу, движение улиц и замкнутый быт домов. Сатирические портреты соседствуют с жаждой красоты и погребальным огнём, который …

Господь прославит небо, и небо — благость Божью, но чем же ты живёшь?

Божественная слава природы противопоставлена человеческой неспособности найти смысл и предел. Герою предлагают учиться у птиц своей свободе и направлению жизни.

Гулял под зонтиком прекрасный кавалер

Демон предлагает гуляющему кавалеру красивое складное кресло. Принятая любезность заканчивается похищением в пылающие пещеры и гибелью.

Давно создать умел я перлы

Герой намерен вновь рассыпать драгоценности собственного творчества. Их цветной блеск должен сжечь тусклую обыденность.

Дай мне вечер, дай мне отдых

Дарованный тебе, Георгий

Герою по имени Георгий напоминают о таёжном цветке, который должен остаться верным спутником. Ночное происхождение этого дара противопоставлено холодному блеску иных увлечений.

Дачный домик заколочен

Заколоченный дачный домик недоступен среди снеговых тропинок. Прочный речной лёд вызывает сожаление о пропущенной возможности покататься.

Две лесные старушки и лесной старичок

Трое лесных стариков завлекают прохожих разговором и огоньком. За гостеприимством скрывается пугающее желание щекотать заблудившихся.

Дедал, корова твоя глаза быка обманула

День золотистой пылью

Золотистая дневная пыль закрывает герою глаза на явь. Мир становится сонным и зыбким, склоняя его к тишине и сладкому бессилию.

День только к вечеру хорош

Вечернее прояснение дня уподоблено жизненной ясности перед смертью. Утро, напротив, наполнено ложью, унынием и копошащимися чертями.

Дивлюсь всему тому, что вижу

Созерцатель удивляется миру независимо от того, красив он или уродлив. Его сознание движет землёй так же свободно, как собственными чувствами.

Длитесь, мгновенья!

Дни. Триолеты

Десять триолетов проходят от утреннего быта к ясности, которая приходит у смертного предела. Мучительные дни оправдываются творчеством, стойкостью и немногими вещими словами.

Дождь! тебя благословляю!