Алексей Лозина-Лозинский - поэт, прозаик и переводчик Серебряного века, чья литературная биография связана с Петербургом и европейскими поездками.
Биография
Перейти к стихамАлексей Константинович Лозина-Лозинский (1886-1916) - русский поэт, прозаик, драматург, критик и переводчик. Он жил в Петербурге в годы интенсивной литературной жизни Серебряного века и не примыкал к одной устойчивой поэтической группе. Современники запоминали его и по стихам, и по выразительной литературной манере поведения. Позднее эта внешняя легенда нередко заслоняла сами тексты, поэтому его биографию важно рассматривать рядом с публикациями и критическими свидетельствами.
Лозина-Лозинский родился в Петербурге в семье земских врачей. Он окончил гимназию и поступил в Петербургский университет, но не завершил курс. Его студенческие годы совпали с общественными волнениями и забастовками, которые влияли на жизнь университета и на судьбы молодых людей. В ранней биографии произошел тяжелый несчастный случай, после которого он лишился ноги. Эти обстоятельства стали частью позднейших рассказов о поэте, но его литературный путь нельзя свести к личным испытаниям или к образу трагического одиночки.
В печати Лозина-Лозинский выступал как автор стихов, прозы и критических материалов. Его первые книги и журнальные публикации относятся к началу XX века. Он пробовал разные жанры, обращался к драматической форме и писал прозу, в том числе путевые заметки. Критические отзывы о его первой книге были неоднозначными: наряду с напряженной мыслью отмечали неровность образного строя и техники. В литературной среде его считали поэтом вне групповых программ: он общался с современниками и бывал в общих пространствах, но не строил творчество вокруг манифеста какого-либо объединения.
Поэтика Лозины-Лозинского менялась. В ранних текстах заметны литературные влияния и демонстративная работа с образом автора; позднее его язык становился более индивидуальным и резким. Исследователи отмечали соседство акмеистической предметности с сознательной стилизацией под «проклятого поэта». Это противоречие было частью его литературного самопредставления: поза могла быть иронической, вызывающей или болезненно искренней. Поэтому важно различать авторскую маску, мемуарный портрет и то, как устроены сами тексты.
Лозина-Лозинский переводил французскую и итальянскую поэзию. Среди его переводческих интересов были авторы, чьи тексты позволяли работать с темами одиночества, телесности, утраты и внутреннего напряжения. Перевод для него был способом войти в диалог с европейской поэзией и проверить собственный язык на чужом ритме. Часть переводов была обнаружена и опубликована позднее, поэтому библиография его наследия продолжала уточняться после смерти автора.
В 1912-1913 годах Лозина-Лозинский жил на Капри, где познакомился с Максимом Горьким. Позднее впечатления от поездок по Италии вошли в его книгу «Капри и Неаполь: случайные записи шатуна по свету». Путевые записи показывают автора не только как городского поэта и участника петербургских литературных встреч, но и как наблюдателя, обращающего внимание на перемены места, света и настроения. Италия в книге становится и географическим пространством, и поводом для авторского размышления о литературе и собственной жизни.
Лозина-Лозинский умер в Петрограде в 1916 году, в тридцать лет. Его смерть быстро стала частью литературной легенды, которую последующие мемуаристы развивали в разных направлениях. Подробности частной жизни и драматические рассказы о последнем периоде следует соотносить с документами и исследованиями, а не повторять как бесспорные факты. Для биографии достаточно отметить короткую жизнь, раннюю потерю здоровья, насыщенную литературную работу и посмертное возвращение части текстов.
Наследие Лозины-Лозинского включает самостоятельные стихи, переводы, прозу и критику. Оно сохранилось неравномерно: одни публикации хорошо известны, другие были найдены в периодике и архивах. Поэт интересен как пример автора, который существовал рядом с литературными группами Серебряного века, не растворяясь в их программах. Его тексты помогают увидеть, насколько тесно в той среде переплетались художественное письмо, публичный образ автора и воспоминания современников.
Стихи Алексея Лозины-Лозинского
В библиотеке Лиры собрано 42 стихотворения Алексея Лозины-Лозинского - известные и редкие произведения на разные темы.
К рисункам Бёрдсли
Рисунки Бёрдсли открываются чередой изысканных уродств, античных лиц и неожиданных нарядов. Их полутона и противоречия действуют на нервы как яд, поддерживая таинственный …
Маскотта
Изящная служительница кафе изображена талисманом компании дерзких молодых людей. Военные сравнения и образ бабочки придают бытовому воспоминанию шутливую лёгкость.
Мы все одной мыслью страдаем
Шутливое признание обнажает удивление перед самим фактом человеческого существования. С возрастом эта скрываемая мысль становится всё настойчивее.
Нынче утром небо нежно-переменчиво
Переменчивое утреннее небо уподоблено капризной девушке. Красота земли вызывает тихую радость, в которой слышится хрупкость надтреснутой души.
Пред истиной стою безрадостно, но смело
Герой принимает безрадостную истину об отсутствии святынь и пустоте мира. В изваянии Мефистофеля он находит образ познания, которое через отрицание само становится …
Приговорённые
Человечество показано заключённым на земле и ожидающим смертного приговора. Страх заставляет людей хвататься за наслаждения, привычки и уют, пока равнодушный космос продолжает …
Расплываясь, смотрят в окна
За окном расплываются огни, фонари и туманные фигуры прохожих. Под счёт часов они уходят в темноту, уподобляясь исчезающим дням человеческой жизни.
Слеп — кто в своём, кто не ломался
Поэт противопоставляет замкнутость в собственном мире опасному прорыву к целому. Мгновение прозрения грозит человеку гибелью, смирением или новой слепотой.
Стою среди дерев и думаю о небе
Среди деревьев герой думает о своём существовании в теле и неизвестной цели мира. Страшное первое видение себя в бездне уступает принятию тайны …
Ты любишь, юноша, своих раздумий смену
Автор обращается к юноше, любящему книги и смену размышлений. Предстоящий выход на арену обещает испытание, перед которым уверенная мысль может склониться и …
Цвет нации, — басил военный хмурый
Военный, учёный и семинарист по-разному определяют цвет нации, каждый возвышая близкую ему среду. Пьяный рассказчик отвечает собственным комическим перечнем поэтов, кузнецов и …
Я всё забыл и дням забыл я счёт
Герой уверяет себя, что отказался от исканий и принял насмешливую пошлость людского мира. Но в вечернем одиночестве совесть вновь мучает его изменой …