Джалаладдин Руми (1207-1273) - Персидский поэт и суфийский мыслитель.
Биография
Перейти к стихамДжалаладдин Руми - персидский поэт и мыслитель XIII века, основоположник духовной традиции, из которой вышел орден мевлеви. Его имя - Джалаладдин Мухаммад; прозвище Руми означает «римский» и указывает на Рум, то есть области Малой Азии, где он провёл большую часть жизни. В тюркоязычном мире его почтительно называют Мевляна. Родился он в 1207 году в Балхе или близ него, в Хорасане, хотя точное место рождения остаётся предметом обсуждения.
Отец поэта, Бахаэддин Валад, был известным проповедником и богословом. Около 1219-1220 годов семья покинула Балх, когда в регион приближались монгольские войска. Путь привёл их через Нишапур, Багдад, Мекку и Сирию в Анатолию, и около 1228 года они поселились в Конье, столице сельджукского государства. После смерти отца в 1231 году Руми занял его место наставника, преподавал религиозные науки и произносил проповеди. Сохранились свидетельства о его учёбе в Сирии и о влиянии суфийских учителей.
Перелом в жизни Руми принесла встреча в 1244 году со странствующим дервишем Шамсом Тебризи. Это было общение необычной интенсивности: Руми оставил привычные занятия и погрузился в беседы и музыку. Окружение ученика отнеслось к Шамсу враждебно, и около 1247 года тот исчез; позднейшая традиция говорит об убийстве, но достоверных сведений нет. Потеря друга пробудила в Руми поэта. Он стал сочинять стихи, обращённые к Шамсу, и в этих текстах трудно отделить земную любовь от мистического переживания.
Лирическое наследие составляет «Диван», который называют также «Диваном Шамса Тебризи». Туда входят тысячи газелей и четверостиший, порой исполнявшихся под музыку. Они построены на образах вина, света, огня, пути и разлуки. В русской традиции хорошо известны четверостишия в переводе Фёдора Корша; в них любовные образы часто двоятся и могут относиться и к человеческому возлюбленному, и к Богу.
Главным произведением Руми стала «Маснави» - поэма в шести книгах, насчитывающая около двадцати пяти тысяч двустиший. Её начали в конце 1250-х годов по просьбе ученика Хусамаддина Челеби. Книга составлена из притч, анекдотов, рассказов из жизни и размышлений, которые переходят друг в друга, как ветви одного дерева. Она открывается образом тростниковой флейты, тоскующей по своему корню. Руми использует простые бытовые сюжеты, чтобы говорить о душе, желании, самообмане и поиске истины. Сюжет о купце и попугае, о котором рассказывается в русском переводе Корша, показывает его манеру: история легко обращается в нравственный разговор о слове, свободе и молчании.
Помимо стихов, сохранились беседы «Фихи ма фихи», проповеди и письма. Они дополняют образ учёного, ставшего поэтом. Руми не создавал строгого богословского труда: его проза и стихи сохраняют дыхание живой речи, а учение передаётся через сюжеты и образы. Одной из основ его метода было обращение к музыке и танцу как к способу вспомнить о духовной цели.
Руми умер 17 декабря 1273 года в Конье. Его гробница сохранилась и превратилась в центр паломничества. Орден мевлеви был организован его сыном Султаном Валадом; известный ритуал сама, где дервиши кружатся под музыку, стал одним из символов этой традиции. Сочинения Руми читали по всему персидскому и тюркскому миру, их переписывали, комментировали и заучивали.
Современная известность поэта вышла далеко за границы мусульманских стран. Англоязычные переводы XX и XXI веков сделали его одним из самых читаемых поэтов Запада. Научные издания и осторожные переложения напоминают, что за популярными афоризмами стоит сложный религиозный и языковой контекст. Для русского читателя первые доступные переводы появились в конце XIX века, и до сих пор эти тексты помогают увидеть Руми не как автора цитат, а как поэта живой мысли.
Стихи Джалаладдина Руми
В библиотеке Лиры собрано 100 стихотворений Джалаладдина Руми - известные и редкие произведения на разные темы.
Как солнце твоего коснуться смело лика
Лик адресата представляется недоступным даже солнцу и ветру. Разум, властвующий над земными тайнами, теряет ясность перед единственным вопросом о нём.
Клянусь я душой, где к ней лишь чувство живо
Герой клянётся душой и разумом, полностью подвластными любви. Особую святость получает миг, когда он держал в одной руке бокал, а в другой …
Когда, безумием и страстью ослепленный
Ослеплённый страстью человек не может войти в счастливое общество. Даже ум и талант не заменяют внутреннего освобождения от безумного влечения.
Когда б изведало хоть призрак этой страсти
Сила любви изображена столь огромной, что даже солнце забыло бы свой долг. Шутливый раздел возлюбленной выдаёт желание героя получить почти всё для …
Когда огонь любви сверх сил меня затронет
Герой пытается вином забыть любимую хотя бы ненадолго. Однако её присутствие проникает и в бокал, делая забвение невозможным.
Когда печален я, тогда лишь дух мой ясен
Печаль и угнетение парадоксально делают дух героя яснее. Даже неподвижность и внешнее молчание не гасят его внутренний стон, подобный грому.
Когда становится преграда между нами
Преграда между влюблёнными превращает жизнь в слёзы и стоны. Герой находит в них выражение души, сравнивая себя с тающей свечой и звучащей …
Когда судьба к тебе прислуживаться станет
Герой предостерегает от доверия к внешней благосклонности судьбы. Её обманчивое опьянение способно закончиться потерей любимой.
Когда твоя душа прозрит хоть на мгновенье
Краткое прозрение души обещает раскрыть смысл всего вещественного мира. Нездешнее видение появляется как отражение в зеркале мысли.
Лет несколько ходил ребенком я в ученье
Короткий рассказ о жизни соединяет детское учение и дружеское счастье. Конец выражен двумя воздушными образами: приход облаком и уход ветром.
Лишь вспомню о тебе — и сердце затрепещет
Одно воспоминание о любимой вызывает слёзы и сердечный трепет. Её образ будто заполняет все мысли, а сердце стремится вылететь из груди.
Лобзать ее уста, которых знал ты сладость
Любовная близость представляется источником жизненной силы и радости. Тот, кто испытал её сладость, не хочет отказаться от любимых ласк.
Любовь — вино. В ней мощь моей души и тела
Любовь уподоблена вину и весне, дающим силу и ощущение расцвета. Парадоксальный финал показывает, что она вытесняет обычные заботы и дела.
Любовь должна быть тем, что нас бы услаждало
Любовь названа источником бесчисленных радостей и собственного начала героя. Благословение матери-любви выражает благодарность жизнетворной силе.
Любовь от вечности — была и вечна будет
Любовь представляется вечной силой, переживающей бесчисленных искателей. Мысль о будущем суде превращает презрение к ней в нравственную вину.
Любовь приятнее, когда несет нам муки
Любовь требует принять страдание вместо бегства от него. Герой связывает полноту чувства с готовностью отдать ему всю жизнь.
Меня бранят, зачем я смех и шутки не покину
Герой отвечает тем, кто осуждает резкую шутливость его речи. Злобная паутина врага противопоставлена свободному и весёлому полёту орла.
Меняй хоть каждый миг жилище и соседа
Текущая вода становится образцом непрерывного обновления. Вчерашний разговор ушёл, и сегодняшний день требует новой встречи с миром.
Мне часто друг твердит: «Бежать ты должен с толком
Друг советует искать убежище разумно, сообразуя путь с опасностью. Если пугает волк, следует идти под надёжный кров в город, а не в …
Мое случайное общение с другою
Герой объясняет, что случайное общение с другой не заменяет главной любви. Свеча вместо ушедшего солнца становится образом временного утешения.
Наука о Тебе любви к Тебе не шире
Герой противопоставляет знание о высшем Ты любви к нему. Спасение связывается с любовью, даже когда тайна адресата остаётся непостижимой.
Не верь, что по тебе я больше не тоскую
Герой отвергает подозрение, будто разлука охладила его чувство. Любовное вино остаётся опьянением, которое соединяет прошлое с обещанным вечным будущим.
Не видя вас нигде, глаза полны слезами
Отсутствие любимого человека наполняет героя слезами и тоской. Вопрос о возвращении прожитого подчёркивает беспомощность перед ушедшим счастьем.
Не в красоте рабынь, не в хмеле буйном — слава
Герой противопоставляет роскошь и хмель личной доблести в бою. Он требует отличать заслуженную славу от безразличия к кровавой расправе.
О, ветер утренний! Лети к той деве милой
Утренний ветер должен передать любимой рассказ о страданиях героя. Но её плохое настроение отменяет послание: тогда посланнику велено скрыть даже встречу с …
Однажды мы с тобой на дальней луговине
Давняя встреча на лугу остаётся для героя источником восторга. Он хочет, чтобы любимая тоже сохранила верность памяти того дня.
О, друг, меж нашими сердцами есть дорога
Между сердцами друзей существует ясная и свободная связь. Чистая вода с отражением луны становится образом близости без препятствий и мутных мыслей.
О, друг!“ — так милая влюбленному сказала
На вопрос о любимом городе герой отвечает, что ценит только место, где находится возлюбленная. Её присутствие превращает даже тесноту и пустыню в …
Она — живой рубин, в котором все прелестно
Любимая представляется живым рубином, открывающим радость нездешних миров. Герой отказывается назвать её имя, предпочитая сдержанность избыточной речи.
О страсти у меня сужденья есть и речи
Герой считает письма и посланников недостаточными для выражения страсти. Он ждёт личной встречи, чтобы самостоятельно объяснить своё чувство.