Михаил Дмитриев - поэт, переводчик, критик и мемуарист, участник литературных споров и московской культурной жизни XIX века.
Биография
Перейти к стихамМихаил Александрович Дмитриев (1796-1866) - русский поэт, переводчик, критик и мемуарист. Он принадлежал к литературному поколению, которое формировалось на рубеже классицистической и романтической традиций, а позднее участвовало в спорах о направлении русской словесности. Его деятельность охватывала оригинальную поэзию, переводы европейских авторов, литературную критику и воспоминания.
Дмитриев родился в дворянской семье в Симбирской губернии. Он приходился племянником поэту Ивану Дмитриеву, но выстроил собственный путь в литературе. Учился в Московском университетском Благородном пансионе и на словесном отделении Московского университета. Параллельно с учебой служил в Московском архиве Коллегии иностранных дел. Такое сочетание образования, государственной службы и общения с московскими литераторами определило его дальнейшую жизнь: литературное занятие оставалось важной частью широкого общественного и профессионального круга.
Первые печатные опыты Дмитриева появились еще в юности: в 1811 году он перевел с французского языка жизнеописание Плиния Младшего. В 1810-е годы он писал басни и стихи, а также участвовал в собраниях молодых авторов. В 1816-1820 годах Дмитриев был одним из организаторов «Общества громкого смеха», возникшего в подражание «Арзамасу». В 1824 году он вступил в Вольное общество любителей российской словесности. Позднее его произведения и критические статьи выходили в журналах и альманахах, связанных с литературной жизнью Москвы и Петербурга. В 1830 году отдельной книгой вышел сборник его оригинальных стихотворений и переводов, однако регулярные журнальные публикации оставались для него важным способом участия в современной литературе.
Поэтический круг Дмитриева был разнообразен: он обращался к элегии, оде, басне, эпиграмме и философской лирике. В его стихах заметны интерес к нравственным вопросам и стремление соединить рассуждение с классической ясностью формы. Переводческая работа имела для него не меньшее значение. Дмитриев переводил Горация, французских поэтов Жака Делиля и Жана Флориана, а также немецких авторов - от Клопштока и Виланда до Гёте и Шиллера. Он уделял внимание не только точности смысла, но и передаче ритма. В переводах немецкой поэзии Дмитриев искал русские средства для свободного стиха и сложных интонационных переходов, смешивая привычные силлабо-тонические размеры. Эта практика расширяла представления о возможностях русской стиховой речи и делала перевод для него способом художественного поиска.
В критике Дмитриев придерживался взглядов, которые со временем становились все более консервативными. Он спорил с представителями романтического направления, в том числе с Петром Вяземским, и резко выступал против некоторых новых литературных явлений. Такие конфликты сделали его заметной фигурой литературной полемики, но не исчерпывают его наследия. Его статьи отражают напряжение между классическими нормами, романтическими новшествами и вопросом о том, как должна развиваться национальная литература.
Литературную работу Дмитриев совмещал с государственной службой. В 1820-1840-е годы он занимал должности в московских учреждениях; в 1847 году оставил службу после конфликта с министром юстиции. В последние десятилетия жизни он работал над воспоминаниями, которые стали ценным свидетельством о литературных людях и московской среде первой половины XIX века. Эти записи важны не только как автобиография: в них автор сопоставлял собственные наблюдения с изменениями общественной и культурной жизни.
Дмитриев умер в Москве в 1866 году. Прижизненная известность как поэта и критика позднее уступила место противоречивой оценке его взглядов. Современное изучение его творчества рассматривает его шире - как переводчика, участника литературных объединений, полемиста и свидетеля эпохи. Его биография показывает, насколько тесно в XIX веке могли переплетаться литературная практика, перевод, журнальная критика и служба государству.
Стихи Михаила Дмитриева
В библиотеке Лиры собрано 12 стихотворений Михаила Дмитриева - известные и редкие произведения на разные темы.
Плющ и фиалка
Басня: надменный Плющ жалеет скромную Фиалку, которая живёт в тени. Фиалка отвечает, что он высок, но она держится сама собой.
Идёт обоз с Парнаса
Иронический шутливый стишок о поэте Свисткове, который едет на возу с навозом Пегаса. Автор желает свалить его на задний двор потомства.
Когда наш Новгород великий
Сатира на русский порядок: новгородцы звали князей, потому что земля богата, но порядка нет. Автор говорит, что за века ни буйная вольница, …
Елегия
Герой просит любимую хотя бы о снисхождении вместо взаимности. Даже возможное заблуждение становится для него условием продолжения любви.
К фантазии
Герой обращается к фантазии, ожидая её нового облика. Память об утраченной подруге и истощённость пережитыми надеждами мешают поверить в будущую радость.
На Н. Полевого «Болотные соловьи»
Поэты, недовольные журналами, пытаются доказать свои таланты собственным изданием. Их самоуверенность завершается сатирическим сравнением с квакающими лягушками.
На прибытие государя императора в Одессу и северный Севастополь
Ода на приезд императора в Одессу и Севастополь во время войны. Орёл-государь вдохновляет армию, обходит окопы, навещает раненых и награждает героев.
Слышу я, Барон находит
Возражение против происхождения русского языка превращается в насмешку над прозой барона. Автор предполагает, что именно неумелый слог способен испортить язык.
Талант и фортуна
Шутливая мораль о споре таланта и фортуны, который решает слава: имя дойдёт до потомства, а сочинения нет.
Эпиграмма на И. С. Аксакова
Сатирическая похвала родственным связям Аксакова завершается выпадом против его газеты. Семейные и общественные почести показаны как сомнительная опора литературного авторитета.
Эпиграмма на П. А. Вяземского
Эпиграмма высмеивает неудачную критику Вяземского в адрес журнала. Пословичный финал оборачивает его нападение свидетельством бессилия.
Эпитафия кому угодно
Жизненный путь неизвестного человека сводится к краткому движению от ничто к временному значению. Сатирическая эпитафия подчёркивает ничтожность земных притязаний перед смертью.