Вильгельм Александрович Зоргенфрей (1882-1938) - поэт Серебряного века и переводчик, друг Александра Блока.
Биография
Перейти к стихамВильгельм Александрович Зоргенфрей родился 30 августа (11 сентября) 1882 года в Аккермане Бессарабской губернии. Его отец был военным врачом, по происхождению лифляндским немцем, мать - армянка. После смерти отца мальчик жил у родственников во Пскове.
В 1900 году Зоргенфрей окончил гимназию во Пскове и год учился на физико-математическом факультете Петербургского университета. С 1901 года он учился в Петербургском технологическом институте и окончил его в 1908 году.
В печати Зоргенфрей дебютировал 25 декабря 1904 года стихотворением «Пробуждение потока» в газете «Наша жизнь». В 1905 году он печатал сатирические стихи о революционных событиях в журналах «Молот», «Прометей», «Зритель», «Маски», а лирику - в журнале «Вопросы жизни». Позднее его сатира вошла в антологии стихотворной сатиры первой русской революции и 1908-1917 годов.
Весной 1906 года Зоргенфрей лично познакомился с Александром Блоком, и знакомство переросло в долгую дружбу. В 1916 году Блок назвал его среди четырёх «действительных друзей» и посвятил ему стихотворение «Шаги Командора».
В 1908-1909 годах Зоргенфрей преподавал арифметику в Торговой школе имени императора Николая II. С 1909 по 1917 год он служил в Министерстве торговли и промышленности, а после революции работал инженером-технологом. В декабре 1918 года по поручению Блока он начал переводить «Путевые картины» Генриха Гейне для издательства «Всемирная литература». Он переводил также Гёте, Гердера, Клейста, Грильпарцера, Геббеля и других немецких авторов и редактировал сочинения западноевропейских классиков.
В 1922 году в Петрограде вышел сборник стихов «Страстная суббота», посвящённый памяти Блока. Тогда же он напечатал статьи о Блоке в журнале «Записки мечтателей».
В конце 1930-х годов Зоргенфрей был репрессирован и в 1938 году расстрелян в Ленинграде. Посмертно он реабилитирован в 1958 году. Книга его стихов «Милосердная дорога» была издана в 2011 году.
Стихи Вильгельма Зоргенфрея можно читать на портале «Лира» онлайн.
Стихи Вильгельма Александровича Зоргенфрея
В библиотеке Лиры собрано 47 стихотворений Вильгельма Александровича Зоргенфрея - известные и редкие произведения на разные темы.
Неведомому Богу
Сонет рисует недостижимый храм Неведомого Бога за звёздами. К нему направлены судьбы миров, человеческие слёзы и сама смерть.
Пробуждение Потока
Проснувшийся богатырь Поток попадает на воинственное собрание и спрашивает о причинах войны с Японией. Его отказ принять пустые оправдания войны вызывает обвинения …
Я стучался в сердца людские
Герой ищет ответа в человеческих сердцах, но его стих заглушён привычными славословиями. Отчуждение от торжествующего мира сменяется убеждением в близости последнего суда.
Благодарю (романс)
Повторяемая благодарность обращена к военным, отступавшим перед врагом и жестоко расправлявшимся с мирными людьми. Внешняя форма романса служит резкому политическому обличению.
Зрителю
Зритель пытается возражать против плохого спектакля, но служители каждый раз требуют от него молчания. Повторение этой роли создаёт сатиру на бесправное положение …
Кровь
Кровь окрашивает мир и вызывает решительный протест лирического голоса. Возможность ответа безвестного друга сохраняет веру в человеческую близость среди насилия.
С.-Петербург
Сатирическая география перечисляет признаки имперской столицы от памятников до полицейского насилия. Формула городской гордости превращается в список унижений и несвободы.
День сгорел. Поплыли в сумрак черный
Царь и царица идут к вечерне мимо слепых нищих, окружённые стрельцами и придворными. Фигура шута и шум толпы придают торжественной сцене тревожную …
Деревня
Повторяющееся восхищение тихой деревней оборачивается показом бедности и насилия. Непротопленная школа, незасеянное поле и выпоротый старик разрушают идиллию.
Ой, полна тюрьма пред Думою
Пародия на песенный зачин Некрасова изображает спор властей о переполненных тюрьмах. Комизм чиновничьего торга обнажает противоречие между конституционными обещаниями и репрессиями.
Прощание
Немецкий торговый служащий прощается с семьёй перед опасной поездкой в Россию. Отказ страховать путешественника и обещанные детям полицейские игрушки превращают семейную сцену …
Сей «писатель» умер от удара
Эпиграмма объясняет смерть чрезвычайно плодовитого писателя непрерывным письмом. Расходы на бумагу и чернила превращают некролог в шутку о литературном производстве.
Александру Блоку
Память о первой любви помогает герою принять истраченные годы и сохранить надежду. Личное чувство выражено через образы Страшного суда, исповеди и неземного …
Был как все другие. Мыслил здраво
Смерть обычного чиновника сопоставлена с воображаемыми похоронами либерального читателя. Ироническое перечисление различий обнаруживает одинаковый человеческий конец за сословными и идейными претензиями.
Ал. Блоку
Портрет Блока у алтаря раскрывается через взгляд и молчаливую любовь. Свет, цветы и рыцарская мечта создают образ вдохновенного молодого поэта.
Ещё скрежещет старый мир
Всеобщая скука охватывает город, политические речи и повседневную жизнь. Гротескные фигуры на месте привычных городских символов подчёркивают разочарование в переменах.
Над Невой
Ночной Петроград показан среди холода, караулов, дворцовых теней и тревожных сирен. Утренний разговор о еде и керосине завершает образ города, истощённого нуждой.
А. Каменского
Эпитафия Каменскому сопоставляет семейный быт, одежду и название рассказа. Несоответствие этих деталей превращает рассуждение о превратности мира в каламбур.
Анна Ахматова
Пародийная героиня переживает уход возлюбленного и делает отчаянную попытку его остановить. Путаница с обувью и торопливый разговор снижают трагическую позу.
Арцыбашева
Воображаемый покойник обращается к прохожему и просит помянуть его в пивной. Отсылка к Санину соединяет эпитафию с литературной шуткой об авторе.
Близко то, что давно загадано
Герой видит собственное мёртвое тело среди свечей, ладана и тихого пения. Последний поцелуй и погашенные огни завершают ожидаемое прощание.
Борис Пильняк
Воображаемый голос Пильняка говорит из гроба о России, революции и своей литературной производительности. Разорванные строки и финальное молчание образуют шутливую эпитафию.
Виктор Шкловский
Шуточная эпитафия связывает фигуру Шкловского с броневиком и изобретением формального метода. Несоответствие бытового жеста и научного открытия создаёт комический портрет.
Вот и всё. Конец венчает дело
Герой описывает собственную похоронную процессию и смешение горя с бытовыми заботами вдовы. Финальный взгляд сверху оставляет смерть с опустевшим гробом.
В пределы предначертанного круга
Герой узнаёт в неожиданной женщине давно ожидаемую Лилит. Их согласные судьбы соединены любовью, тревогой и ощущением смертной границы.
Горестней сердца прибой и бессильные мысли короче
После ночного развлечения герои едут сквозь предутренний снег к заливу. Усталость, боль и покорность судьбе вытесняют прежнюю игру и движение танца.
Город
Ироническое перечисление городских достопримечательностей показывает обыски, стрельбу в мирных жителей и закрытый университет. Финальные похвалы казакам звучат как обвинение.
Г. Чулкова
Краткая эпитафия Чулкову иронизирует над его репутацией анархиста. Контраст смелого призыва и почти безобидной угрозы создаёт остроту.
Декабрь
Зимняя площадь у реки проходит путь от полночного холода к хмурому рассвету. Мост, снег, фонари и иней образуют призрачный портрет декабря.
Евг. Замятин
Комический портрет Замятина строится на цепочке однозвучных похвал внешности, поведению и прозе. Настойчивое повторение рифмы превращает панегирик в литературную шутку.