Глухой гримасою землетрясенья

Глухой гримасою землетрясенья
Ещё искажено лицо земли,
И отгулом вчерашних катастроф
Ещё невольно вздрагивает сердце.

И человечество, под голым небом
Голодный, голый, выгнанный Адам,
Дрожит на налетающем ветру,
На только что осевшем континенте.

Но избуровленная грудь земли
Кипящей лавой снова набухает,
В глубоких ходах зреет наша смерть.

А мы – мы в хворостинных шалашах,
Прислушиваясь к клокотанью лавы,
Стихи слагаем – в тайне – для потомков.