Господи, на этой вот постели

Господи, на этой вот постели
(Не другую ж, в самом деле, ждать)
Пролежу предсмертные недели,
Медленно я буду умирать.
Медленно провалятся все звуки,
Выцветут все краски. И покой
Сложит костенеющие руки
Леденящей, мертвою рукой.
Разольется тихо в этом теле
Холод от макушки и до ног.
И тугим узлом подвяжет челюсть
Новый, белый, холщевой платок.
А душа, рожденный вновь младенец,
Будет вихриться там на лугах,
Воплями покроет птичье пенье,
Ангельскую песню в небесах.
Господи, Твою ручную птицу
Ты из рук пшеницей покорми,
Чтоб она забыла про пшеницу
В хаосе оставленной земли.