Осёл и Соловей

             Осёл увидел Соловья
     И говорит ему: «Послушай-ка, дружище!
     Ты, сказывают, петь великий мастерище.
         Хотел бы очень я
         Сам посудить, твое услышав пенье,
         Велико ль подлинно твое уменье?»
     Тут Соловей являть свое искусство стал:
             Защелкал, засвистал
     На тысячу ладов, тянул, переливался;
         То нежно он ослабевал
     И томной вдалеке свирелью отдавался,
     То мелкой дробью вдруг по роще рассыпался.
                 Внимало все тогда
             Любимцу и певцу Авроры:
     Затихли ветерки, замолкли птичек хоры,
                 И прилегли стада.
Чуть-чуть дыша, пастух им любовался
                 И только иногда,
         Внимая Соловью, пастушке улыбался.
     Скончал певец. Осёл, уставясь в землю лбом:
         «Изрядно, — говорит, — сказать неложно,
             Тебя без скуки слушать можно;
                 А жаль, что незнаком
                 Ты с нашим петухом;
             Еще б ты боле навострился,
         Когда бы у него немножко поучился».
     Услыша суд такой, мой бедный Соловей
     Вспорхнул и — полетел за тридевять полей.

     Избави, бог, и нас от этаких судей.