Был покинут очаг. И скользящей стопой

XXXIV.

* * *

Был покинут очаг. И скользящей стопой
На морском берегу мы блуждали с тобой.

В Небесах перед нами сверкал Скорпион,
И преступной любви ослепительный сон

Очаровывал нас всё полней и нежней
Красотой содрогавшихся ярких огней.

Сколько таинства было в полночной тиши!
Сколько смелости в мощном размахе души!

Целый мир задремал, не вставала волна,
Нам никто не мешал выпить чашу до дна.

И как будто над нами витал Серафим,
Покрывал нас крылом белоснежным своим.

И как будто с Небес чуть послышался зов,
Чуть послышался зов неземных голосов.

«Нет греха в тех сердцах, что любовь пьют до дна,
Где любовь глубока — глубока и полна».

«Если ж стынет очаг, пусть остынет совсем,
Тот, в ком чувство молчит, пусть совсем будет нем».

И от прошлого прочь шли мы твёрдой стопой,
Уходили всё дальше, и дальше с тобой.

В Небесах потускнел, побледнел Скорпион,
И пурпурной зарёй был Восток напоён.

И пурпурной зарёй озарился весь мир:
Просветлённой любви он приветствовал пир.