Молебен

Тёмной толпою, в часовне убогой,
Путь завершив, и пред новой дорогой,
Суетность нашу забыв на мгновенье,
Тупо мы слушаем сонное пенье.

        В тесном пространстве, где дух наш взрастил
        Тайное древо невидимых сил,
        Тает вздыхающий дым от кадил.

Что-то есть страшное в этих бряца́ньях,
В этих покорных глухих восклицаньях,
Молятся звуки и души послушно,
Что же им в узкой часовне так душно?

        Явственно чувствую горький упрёк,
        В звуки молитв проскользнувший намёк —
        Тайное слышащих, дышащих строк.

В потные стёкла не видно лазури,
В дверь не проникнут ни ветры, ни бури,
Силою дней закопчёны иконы,
Вечны пред ними бессильные стоны.

        Грустно склонивши морщинистый лоб,
        Что-то вещает нам загнанный поп: —
        «Жизнь наша — душная — тёмная… — Гроб!»