Утешению

Еще не остыли простыни от теплого тельца ее,
Лекарствами пахнет над пеной подушки измятой...
В горящую печку бросаю остатки белья,
Флакончики, баночки, блюдечки с выжатой ватой.
И ты не смогла задержаться в пустынном моем бытии,
Пушистый зверушка, с понятливо-любящим взглядом!
Не греют ладоней горячие ушки твои,
Нет острого рыльца и ласковой лапочки рядом.
Куда ты, безвестный комочек, в какие пространства ушла?
С собой ли взяла ты любовь, принесенную людям?
И в Боге, Кому воздавалась тобою хвала,
Мы вместе ль, зверок мой, от сердца отторгнутый будем?
В слезах я закрыла твой бедный, невидящий глаз,
На худеньком тельце твоем застегнула попонку
И нежные клички — в последний, в единственный раз —
Тебе, отошедшей, я все повторила вдогонку...
И если зачтется — не нами — несчетная наша любовь,
И светлая сила любви не окажется ложью, —
Мое утешенье земное, мы встретимся вновь,
И вместе поймем мы премудрость жестокую Божью...

Памяти Утики моей умершей.