Два Ангела

Ребенок заснул в глубине долины, и над изголовьем его сошлись два Ангела. У одного были солнечные кудри, обвитые светлым венком из колосьев. Одежды его были — как струи земных источников, отражающих небесную лазурь. Грудь его тихо дышала под вязью пурпуровых роз, источавших опьянительно-сладкое благоухание, а улыбка его была — как луч зари на розе.

Он протягивал ребенку цветок жизни, солнечный, златоустый цветок жизни… И взор Ангела сквозь опущенные ресницы радовался на вешнее убранство долины.

Другой не касался стопами земли.

Волосы его были темнее, чем море в безлунную ночь, и высоко над челом его горело Семизвездие, подобно колеснице, призывающей ввысь. Одежды его были — как туча, несущая скрытые молнии. Два острых багряных крыла его вонзались в небо, как огненные мечи, и глаза его струили блеск нестерпимых на земле радостей.

Он держал в руках звезду, подобную пылающему смарагду, — и ребенок потянулся за ней, дрожа от неодолимого восторга.

Тогда Ангел жизни отступил, и цветок в его руке увял, сомкнув золотые уста лепестков.

И, шелестя, из венка колосьев выпал один незрелый колос, еще не принесший зерна.