Preambule

      На этой почте все в стихах,
      А низкой прозою ни слова.
      Вот два посланья вам — обнова,
Которую для Муз скроил я второпях.
      Одно из них для вас, а не для света;
В нем просто критика, и запросто одета
      В простой, нестихотворный слог.
Другим я отвечать хотел вам на посланья,
      В надежде заслужить рукоплесканья
      От всех, кому знаком Парнасский бог.
Но вижу, что меня попутала поспешность.
В моем послании великая погрешность!
Слог правилен и чист, но в этом славы нет!
При вас, друзья, писать нечистым слогом стыдно,
      Но связи в нем не видно,
      А видно, что спешил поэт!
Нет в мыслях полноты и нет соединенья,
      А кое-где есть повторенья.
                      Но так и быть!
„Бедой своей ума мы можем прикупить!“
Так Дмитриев, пророк и вкуса и Парнаса,
                      Сказал давно,
И аксиомой быть для нас теперь должно:
      „Что в час сотворено, то не живет и часа!
Лишь то, что писано с трудом, читать легко!
      Кто хочет вдруг замчаться далеко,
Тот в хлопотах умчит и глупость за собою!
Спеши не торопясь, но твердою стопою,
      И ни на шаг вперед,
Покуда тем, что есть, не сделался довольным,
Пока назад смотреть не смеешь с духом вольным:
Иначе от задов переднее умрет
Или напишутся одни иносказанья!“
      Простите. Ваши же посланья
Оставлю у себя, чтобы друзьям прочесть!
      У вас их список есть.
К тому же, Вяземский велит жить осторожно:
      Он у меня свои стихи безбожно
На время выпросив, на вечность удержал;
      Прислать их обещал,
      Но все не присылает;
      Когда ж пришлет,
      Об этом знает тот,
      Кто будущее знает.

Милостивые государи, имею честь пребыть вашим покорнейшим слугою. В. Жуковский.