Хромой

С Богом боролся во сне
Сын Исаака Иаков и — Бога не мог
Даже во сне побороть он, и стал от того хромоног.

Я же борюсь наяву,
Только не с Богом,— с земною природой его,—
С ней неустанно борюсь я и стал хромоног от того.

Не на одних помочах
С детства водила меня эта грубая мать,—
Нет, она била, знобила, язвила — учила страдать…

И отравляла она
Кровь мою, прежде чем душу мою отравить,
И распаляла мечты мои, прежде чем мог я любить.

С юности жизнь облача
В ярко-обманчивый, в радужно-светлый покров,
Прячет она под душистыми розами иглы шипов.

В даль увлекает меня;
Но на пути к идеалам прекрасным моим
Чучел каких-то всё ставит, противных бездушьем своим.

Чтоб изнемог я и пал,
Или чтоб жизнь миновал я бесследно, как тень,—
Ниспосылает болезни и тяжкую, сонную лень.

Только в минуты, когда
Дух мой ликует, вкушая победный покой,
Я умиляюсь божественно-вечной её красотой

И вижу Бога её
В свежем дыханье румяного утра, в тенях
Трепетной зелени, в лунном мерцанье, в звездах…

И, предаваясь мечтам
Всепримиряющим, вижу в ней кроткую мать,
Ту, что хромого Иакова в дом свой зовет отдыхать.