По вечерней заре
Угасающий колокольчик усиливает любовную тоску. Душа посылается вслед заре как нежный привет.
Здесь собраны короткие стихотворения русских классиков - законченные произведения, которые удобно прочитать за несколько минут. Лаконичные тексты сохраняют характерные образы, интонацию и мысль автора без сокращений.
Угасающий колокольчик усиливает любовную тоску. Душа посылается вслед заре как нежный привет.
После гибели прежнего прекрасного мира остаётся тень у могилы. Неизменный круг дня и ночи продолжает жечь место утраты.
Пустые колосья, побитые морозом, становятся сравнением для самодовольных умов. Подавление живой общественной мысли даёт возможность выше всех держаться бесплодным головам.
Герой думает, что под вечер лет будет жить воспоминаньем о былом и ближе почувствует время, когда ум взростил смелые плоды. Недуг подстережёт …
Неразделённое обращение к женщине заставляет героя забыть лиру и ждать ответа единой струны. Её молчание продолжает мучить его в памяти.
Прозрачный полдень оживлён лёгким движением ветра. Его воображаемые раздумья между шквалом и жалобой придают ясному пейзажу человеческую нерешительность.
Уставшая душа просит Господа об очищении и животворном дыхании бури, способном преодолеть удушье забот.
Посаженное дерево сохраняет в шелесте листьев память о птичьих песнях. Так и песня героя должна посеять в чужой душе надежды, которым предстоит …
Возврат к духовной борьбе требует заменить счастливые развлечения молитвой. При этом память о любви и театре должна сохраниться в душе.
Душевное смирение временно возвращает героя к ногам адресатки. Он предупреждает, что уступка вскоре сменится новой властью и презрением.
Пророческое прозрение представлено случайным даром, доступным даже незаметному человеку. Краткое постижение истины может смениться целой жизнью напрасного ожидания его возвращения.
Герой возвращается тяжёлой стопой, падает в мольбе средь храма, но обновлённым выйдет к любимой. Освобождённый, он из покаяния придёт к ней, и …
После грозы под раскаты громов встаёт примятая трава и цветы, ветер трясёт влажные листья, под солнцем блестят кусты. Всеохранительная сила вдохновила природу …
Последний пурпур догорал, месяц встал, звучала песня издалека. Упованья юных лет встали ярче, но душа, истерзанная песней, полнилась скорбью; старый бог блеснул …
Прошли дожди, апрель теплеет, ночью стоит туман, а поутру воздух млеет и синеет дымкой в просеках. Дремлет зелёный бор, в серебре озёр …
Поэт в изгнании и сомнении стоит на перепутье двух дорог, не зная, чего желать и куда идти. В его очах горят надежды, …
Тонкая пасторальная музыка остаётся непонятной шумной публике. Герой противопоставляет её покой грубому возбуждению, которым легче добиться аплодисментов.
Неподготовленные люди страшатся ослепительного прихода света. Только бессмертный дух поэта способен принять его без земной меры.
Материнское наставление прощать сопровождает героиню через обиды и жизненный крах. В одиночестве оно остаётся последней внутренней опорой.
Душа озарена немеркнущим сиянием прошедших дней, но ранняя осень овеяла героя тоскующим дыханием. Близка разлука, ночь темна, а вдали звучат молитвы, и …
Разверзлось утреннее око, герой летит духом к Востоку навстречу помыслам творца. Он встречает день молитвой, пойдёт навстречу новорождённому в духовной чистоте, и …
В солнечном городе проходит солдатский строй под медный блеск касок и звук рожка. Его протяжная песня напоминает католический хорал и переносит слушателя …
Утренний пейзаж соединён с воскресным колокольным звоном. Новый солнечный день воспринимается как повторное обещание радости всей жизни.
В глухой зелёной тайге из камней бьёт студёный родник, кипит и бежит стеклом расплавленным. Небеса и лес глядят, как в светлой воде …
Северная весна раскрывается свежестью моря, хвойным запахом, светом и чайками. Спокойная водная даль зовёт забыть прежние тревоги и отправиться вслед белым искрам …
Сегодня в ночь одной тропой прошли грустные тени, предназначенные разным полюсам земли. Они разошлись на рассвете с розными идеалами, как случайно сплетённые …
Уход за повреждённым бурей садом переживается как настоящее богослужение. Колокольный звон и птичье пение соединяют полезный труд с религиозным чувством.
Лазурное небо и спокойная морская даль растворяют сердечную тоску. В рамке живой зелени море сияет сафиром, обещая мир и забвение.
Среди музейных шедевров паломники взгляда спешат к Сикстинской мадонне. Её святая красота и окружающие фигуры воспринимаются как молитва и связь земного мира …
Плывущий сквозь листву церковный звон вызывает вопрос о происхождении добра в человеческой душе. Невидимая сила его притяжения угадывается за светлыми явлениями среди …