Короткие стихи

Плющ и фиалка

Басня: надменный Плющ жалеет скромную Фиалку, которая живёт в тени. Фиалка отвечает, что он высок, но она держится сама собой.

Пожар

После пожара осторожный советник хвалится отказом от света и отопления. Ответ погорельца защищает полезный огонь от бессмысленного запрета ради полной безопасности.

Пусть остряков союзных тупость

Эпиграмма отвечает на угрозы союзных остряков. Глупость противников объявлена лучшей защитой самого автора.

Разлука

Мгновение взаимной любви кажется герою исчезнувшим сном. Разлука превращает полноту счастья в унылое смущение и отказ от будущих признаний.

Редеет облаков летучая гряда

Ты знаешь Фирса чудака

Эпиграмма в виде диалога: на вопрос о Фирсе, почему он кивает головой, отвечают, что она так легка от пустоты, что её качает …

Увы, зачем она блистает

Успокоение

Любовный огонь изображён как болезнь, против которой бессилен врач. Герой уже слышит зов теней к подземной Лете и безмолвию смерти.

Утешение

Разочарованный герой хочет заменить живые чувства холодной мыслью. Купидон опровергает этот отказ от жизни, предлагая взглянуть на Хлою.

Финским красавицам

Незнание финского языка не мешает герою понимать взгляды красавиц. Мифологическое сравнение Амуров придаёт любовному комплименту игривый характер.

Ф. Н. Глинке

Посылая Глинке греческую антологию, поэт сравнивает её произведения со свежими цветами. Он приглашает адресата сплести из них неувядающие венки для русской поэзии.

Хаврониос! ругатель закоснелый

Что радость? — Бабочка вдали, вблизи лягушка

Радость, судьба и надежда получают насмешливые определения. Жизнь оказывается беспомощной игрушкой их обманчивой и капризной игры.

Шарада

Шарада: первая часть слова дарит тень путникам, вторая усыпляет, если это стихи Свистова, а целое связано с похищением Людмилы волшебником.

Эпиграмма (В жизни мрачной и презренной)

Эпиграмма (Как брань тебе не надоела)

Эпиграмма (Поэт Писцов в стихах тяжеловат)

Автор признаёт тяжеловесность стихов Писцова, но щадит незлобного собрата. Ответственность за недостаток дара иронически переносится на природу.

Эпитафии доктору Кастальди

Две эпитафии посвящены доктору Кастальди, умершему вдали от Италии. Первая говорит о неудавшемся поиске лучшей жизни, вторая кратко называет трагическую случайность.

Эпитафия (Завидуйте моей судьбе!)

Надгробный голос предлагает завидовать человеку, который прожил без забот о себе и без знакомства с печалью. Простая формула счастливой судьбы становится итогом …

Я видел Азии бесплодные пределы

A son amant Eglé sans résistance

J’ai possédé maîtresse honnête

Без смерти жизнь не жизнь: и что она? Сосуд

Жизнь уподоблена сосуду с каплей сладости среди горечи. Красота мира не отменяет зависимости человека от судьбы, и восхищение оборачивается призывом оплакивать свою …

Благословенный плод проклятого терпенья

Эпиграмма высмеивает завышенную оценку литературного труда. Объявленная цена книги оборачивается насмешкой над её достоинствами.

Больной

Больной юноша зовёт друзей к постели и вспоминает ушедшие радости. Перед возможной смертью он предлагает ещё раз разделить весёлую чашу и принять …

В альбом А. А. Воейковой (Ты свет увидела во дни моей весны)

Выросшая на глазах поэта Воейкова возвращает ему память о собственной юности. Радость её расцвета оборачивается мучительным переживанием невозвратного прошлого и утраченного вдохновения.

В альбом (Вы слишком многими любимы)

Альбом сравнивается с адресным справочником для популярной светской женщины. Автор иронически предполагает, что без записанных стихов его самого скоро забудут.

В альбом Е. А. Алябьевой, рожденной Римской-Корсаковой

Случайная встреча с Алябьевой сохраняется в памяти как счастливая дорожная спутница. Доброе пожелание соединено с надеждой увидеть её снова и остаться в …

В альбом (О, сила чудной красоты!)

Красота новой встречи пробуждает в разочарованном поэте вновь и любовь, и её мучения. Прежние песни о вине и дружбе уступают лире, снова …

Вдали тех пропастей глубоких