Короткие стихи

На Вилюе в начале зимы

На Вилюе в начале зимы полярная ночь кажется вдумчивым днём, ели кладут тень на снег, над ними искрятся звёзды. Автор утверждает, что …

На влюблённую стыдливую девушку

Тлеющая искра охватывает трут, но без ветра так и не превращается в пламя. Заглавие связывает эту картину со скрытым чувством стыдливой влюблённой …

На водоразделе

Отбитые от стаи люди сидят у костра, ожесточенные и отвергнутые, как одинокая волчица. В финале ее вой превращается в плач родины о …

На возу

Ночной отдых на возу приносит краткое счастье после тяжёлого труда. Стук телег и звёздное небо отделяют эту передышку от завтрашнего безмолвного усилия.

На вопрос Алины: для чего я не ношу часов?

Остроумный ответ любимой: при ней часы бегут, а в разлуке отстают. Нося часы с собой, герой не получил бы от них пользы.

На вопрос: «Что есть Бог?»

Ответ на вопрос о Боге признаёт пределы человеческого определения и познания. Благоговейное молчание противопоставлено невозможности вместить божественную тайну умом.

На *** (В руках у этого педанта)

Перo педанта уподоблено могильному заступу для журналов. Повторение похоронного образа превращает литературную деятельность адресата в предсказание очередной неудачи.

На выборах

Выборы представлены как шумный пир рукопожатий, поцелуев, шампанского и взлетающего на руках предводителя. Финал меняет веселье на холодный взгляд умерших предшественников из …

На высотах

Поднявшись из долины на горную высоту, герой не избавляется от одиночества. Прозрение делает страдание острее, а открытый простор остаётся холодным и угрюмым.

На высоте

На крымской высоте герой обретает простор и душевное облегчение. Он надеется сохранить увиденный пейзаж в стихах и через поэтическую память разделить утешение …

На гаубицы, графом Шуваловым, и на конную артиллерию, князем Зубовым введённые

Двустишие прославляет силу шуваловских гаубиц и быстроту зубовской конной артиллерии.

На горе

На горе под ласковым ветром просыпается лес, цветёт анемон, на Лене блестит снег. Душе ничего не надо, и сердце ничего не просит …

На горе высокий замок

Герой перечисляет любовные встречи с тремя девушками из замка. Их решение не приглашать его на общий бал оказывается неловким: любопытные тётушки всё …

Награда

Поэт пишет песню ради обещанной близости, но получает лишь право принадлежать Стелле. Несбывшаяся награда сравнивается с лавром, доставшимся Аполлону вместо Дафны.

Награда праведного

Переложение первого псалма противопоставляет верного Божьему закону человека нечестивцам. Образ плодоносящего дерева выражает устойчивость праведной жизни, тогда как зло уподоблено развеянному праху.

На грани

Любовная близость переживается на грани исчезновения последней преграды. Лес становится храмом неповторимого мгновения.

На граните пурпуровом где-то

Вход рыцаря в светлый храм становится путём отказа от земного и принятия искупления. Последовательное снятие доспехов и требование веры открывают ему место …

На границе

На границе России герой вновь встречает нищету, жандармские ливреи и насилие. Дух покорности кажется ему столь сильным, что даже берёзы и ели …

На гроб Бодряги

Эпитафия капитану Бодряге противопоставляет пережитые сражения нелепой трактирной смерти.

На гроб вельможи и героя

Мавзолей героя и вельможи напоминает о переходе человеческого блеска в прах.

На гроб князя А. А. Вяземского

Надгробная похвала Вяземскому признаёт его бесспорное усердие отечеству и несостоявшееся государственное величие.

На гроб любимцу Фортуны

На гроб Пожарского

Надгробное обращение защищает прах Пожарского от враждебного завоевателя.

Нагроможденье каменных громад

На груди букет трёхцветный

Трёхцветный букет на груди героя выражает его преданность свободе. Он переносит этот принцип на любовь и предупреждает нынешнюю избранницу, что уже низлагал …

На дальнем небосклоне

С лодки герой видит старинный город, проступающий в вечернем тумане. Слабая заря открывает места прежней любви, где осталось навсегда утраченное дорогое прошлое.

На даче

Дачный вечер постепенно гасит день и открывает призрачный месяц. Светящиеся окна и мелькающие самокаты оживляют редкую сетку ветвей и сады.

Над вершиною кургана

Тень Степана Разина удивлённо встречает мир без царя и бояр. Атаман, воспетый как борец за волю, отдаёт почтение строительству плотины.

Над вечным покоем, над вечным молчаньем

Неподвижное небо и сожжённый зноем лес кажутся надгробием над вечным покоем. Далёкое море зовёт к поискам и движению, но его порыв бессильно …

Над виноградными холмами

Взгляд поднимается от реки и виноградников к храму на вершине. Тишина высоты воспринимается как освобождённая от смертной суеты жизнь природы.