О любви

Еретичка

Осуждённая церковной властью красавица просит монаха сохранить ей голову. Даже перед казнью она думает о поцелуе с возлюбленным на небесах, противопоставляя чувство …

Если бы

Шутливые признания строятся на воображаемых превращениях героя в слона, крокодила и серну. За галантной формой обнаруживаются противоречивые желания носить даму, съесть её …

Если хочешь

Герой предлагает возлюбленной серенаду и замечательный сонет. Все его пылкие обещания обрываются коротким отказом.

Жираф и гиппопотамша

Влюблённый жираф получает отказ от замужней гиппопотамши. Её деловитый совет найти себе пару завершает пародийный роман о несостоявшемся чувстве.

Заморские павы

Восхищение заморскими красавицами уступает нежности к русским женщинам. Обращение к Руси соединяет образ любимой с русыми волосами и голубыми глазами.

Зюлейка

Красота Зюлейки описана через яркие сравнения с восточными сладостями и фруктами. Восторженное перечисление заканчивается коротким признанием героя в безответности его чувства.

Ишак и Абдул

Абдул по дороге к Фатиме насмехается над глупостью своего осла. После отказа женщины роли меняются: уже осёл высмеивает неудачливого хозяина.

Королева бледна

Королева гневается после сна о юном паже. Последний образ королевского костыля неожиданно раскрывает причину её недовольства и несбывшегося желания.

Король бубен

Карточный король увлекается пиковой дамой и обнаруживает, что она изображена только по пояс. Её ответ заставляет его заметить собственную такую же условность, …

Крокодил и негритянка

Крокодил любуется купальщицей и съедает её, называя прекрасной. Комическая жестокость сюжета обнажает буквальный хищнический смысл его любви.

Кудесник

Одинокий кудесник создаёт безупречно послушную и правдивую женщину. Получив идеал, он через две недели кончает с собой, что превращает сказочный опыт в …

Купальщица и кит

Влюблённый кит мечтает жениться на купальщице, которая спокойно уходит домой. Любовное разочарование доводит его до гротескного превращения в сардинку.

Лида

Портрет Лиды соединяет чувственную притягательность с отчуждённым вниманием рассказчика. Её утреннее появление приобретает почти светлый облик вопреки репутации и ночному разгулу.

Лия

Восхищённое обращение к Лии сравнивает её красоту с розой Иордана и весенним опьянением.

Люблю людей, люблю природу

Поэт предпочитает скромное созерцание и садовый труд ожиданию славы или гонений. Ироническая самооценка соединяется с мирным принятием ограниченного круга жизни.

Маркиз Франсиз

Маркиз изображает бескорыстное поклонение, чтобы добиться расположения девицы Клер. Ироническая развязка разоблачает его обещания и завершается предостережением девушкам.

Мейта

Нежная Мейта уподоблена восточной грёзе и флейте, на которой герой хочет сложить песню огнём поцелуя.

Мисс Эвелин

Пародийная любовная история строится на неизменном перечислении спутников мисс Эвелин. Восторг лорда Честера оборачивается гротескной расправой над всей этой компанией.

Невероятная история

Испанский сосед поёт серенаду женщине, чей муж отсутствует. Её заверения в верности сопровождаются финальным недоверием рассказчика.

Негритенок Джим

Юный лакей Джим дважды наказывается за незнание чужих правил. Разбитая ваза и неловкое проявление влюблённости соединены повторяющейся просьбой не обижать беспомощного мальчика.

Николетта

Семеро посетителей таверны выясняют, что Николетта благосклонна ко всем им. Возмущение сменяется смирением после её простого объяснения о семи днях недели.

Паж Леам

Паж Леам пользуется любовью множества замужних дам. Их мужья находят неожиданное возмездие, одновременно возлагая на него заботу о ста сорока шести младенцах.

Пастушка и пастух

Пасторальная любовная идиллия нарушается появлением маркизы, которой приглянулся пастух. Ревность пастушки и демонстративно грубая концовка разрушают жеманный стиль рассказа.

Поцелуи. I. В шею

В утреннем ледяном пейзаже шея возлюбленной вызывает образ античной Елены. Живая красота оказывается продолжением морской пены, превосходящим неподвижный мрамор.

Сафир

Сапфировая зыбь глаз любимой вызывает желание закрепить её сияние в собственном кольце.

А любовь? Для подпаска

Баллада о доблестном Эмиле

В раскосый блеск зеркал забросив сети

В зеркальной зыби герою открывается неподвижный юный облик. Любовное томление обращено к его оживлению и к красоте, которая будто останавливает бег мгновений.

Да! Теперь решено. Без возврата

Жизель

Судьба героини балета иронически показана как бесконечное повторение любви и страдания. Даже смерть не избавляет её от необходимости вновь выйти на сцену.