Первое купанье
Восемь утят стоят перед первым купанием, но боятся войти в воду. Их робость передана через писк, разинутые клювы и насмешливый шёпот камышей.
Смешное в классической поэзии: эпиграммы, шутливые послания, сатира и стихи, в которых автор подмигивает читателю. Остроумие, которому не одно поколение, и сегодня вызывает улыбку.
Восемь утят стоят перед первым купанием, но боятся войти в воду. Их робость передана через писк, разинутые клювы и насмешливый шёпот камышей.
Наказанный за выстрел из рогатки мальчик продолжает представлять себя индейским полковником. Одиночество в тёмной детской превращается в новый приключенческий замысел: побег по …
Наблюдая слона в зверинце, поэт иронически хвалит его профессорскую солидность и покорность. Неспособность ударить сторожа или выйти из тюрьмы превращается в сомнительное …
Куплетист выдаёт за сплетни газетные новости, дороговизну и бытовые насмешки над браком и светскими привычками. Припев объединяет злободневные сценки, а финал обыгрывает …
Манерный столичный поэт не находит отклика у крестьян. Их простая помощь обнажает нелепость его высокомерных претензий.
В ответ на обвинение в бездарной клевете говорящий иронически признаёт превосходство Мартова и Дана именно в клеветническом искусстве. Формальное согласие с противниками …
Газетные общие места сменяются белыми пустотами. Лаконичная сатира показывает усиление цензуры через игру устойчивыми выражениями.
Эпиграмма обыгрывает фамилию Цензора и его литературные притязания. Ни в цензуре, ни в поэзии адресату не признаётся подлинное призвание.
Комические куплеты: пьяный герой возвращается домой и спорит с Луной, которая будто бы корчит ему рожи. В припеве он называет её пьяной …
Литературный выпад против Сологуба выражен притчей о соблазне старшего и подражании младших. Ирония направлена на нравственный пример, который даёт известный писатель.
Песенка стилизует голос испуганного мужа, который не хочет возвращаться домой к властной тёще. Шуточная тарабарщина и обыгрывание созвучий переходят в сатирическую реплику …
Герой отстраняется от решающих судьбу бытия рассуждений. Вместо отвлечённой мудрости он выбирает шутливую мечту о ремесле дамского сапожника и любовании женскими ножками.
Начинающий издатель выпускает сенсационный военный листок на занятые деньги. Читатели отказываются покупать ложные победы, и предприятие заканчивается долгом перед кухаркой.
Нищий поэт заполняет пустую мансарду стихами и мечтами о выигрыше в бильярд. Поток созвучий обрывает визит чиновника, пришедшего описывать имущество.
Эпиграмма обращена к поэту и строится на воображаемой угрозе бросить в него камень. Сочетание светской детали и ассирийского образа создаёт язвительную шутку.
Всадник с ужасом и восторгом ощущает прыжок коня через учебный барьер. Шутливая концовка признаёт его неуверенность в том, где закончится этот полёт.
Пародия на молитвы раскрывает поклонение капиталу и проценту. За священной риторикой стоят страх утратить доход и желание затемнить сознание трудящихся.
Газетное известие о мобилизации пчеловодства становится предметом короткой насмешки. Слово «чудо» оборачивается иронией над военной бюрократией.
Четвёртая Дума изображена искусственно выращенным и уже мёртвым представительством. Ей отказывают в праве задавать направление обновлённой стране.
Газета изображена совместным предприятием лжецов, управляющим доверчивой публикой. Тираж и зависимость читателей защищают манипуляторов от ответа.
Воображаемое завоевание Константинополя превращает Милюкова в карикатурного султана. Сатира соединяет империалистическую мечту, партийную славу и личное перерождение.
Говорящий политик сперва предостерегает родину от гибели, а затем предпочитает отставку помощи. Сатира обличает уклонение от ответственности перед народом.
Цитата из «Новой жизни» становится поводом обвинить газету в барском презрении к солдатам. Сатирический ответ выводит из одного суждения о реквизициях целый …
Обыватель одобряет свободу, пока она не нарушает его привычного покоя. Повторяющийся зов милиционера разоблачает готовность вернуть цензуру и принуждение.
Старинный страх перед хвостом кометы сменяется современной привычкой стоять в очередях. Гипербола распространяет голод и бытовую нужду на всю солнечную систему.
Политическая насмешка обращена к меньшевику, ищущему поддержку у казачьего атамана после неудачи прежних надежд. Игра с фамилией Дутова выражает уверенность рассказчика в …
Итоги выборов представлены картой политического неба: большевистская звезда сияет, а соперники блекнут и исчезают. Образы планеты и комет превращают партийную полемику в …
Ростовщик Псой разоряет деревни, прикрывая наживу разговорами о благодеянии. Спасшись от возмущённых солдаток, он появляется на политическом собрании как мнимый представитель народной …
Ответ на княжеское письмо превращает цитату Гёте в сатирический плач о потере сословных привилегий. Привычный покой бывшего вельможи противопоставлен требованию жить собственным …
Политическое совещание изображено бесплодной схваткой. Чем активнее участники спорят, тем сильнее распадается общее здание.