Хромой
С Богом боролся во сне
Сын Исаака Иаков и — Бога не мог
Даже во сне побороть он, и стал от того хромоног.
Я же борюсь наяву,
Только не с Богом,— с земною природой его,—
С ней неустанно борюсь я и стал хромоног от того.
Не на одних помочах
С детства водила меня эта грубая мать,—
Нет, она била, знобила, язвила — учила страдать…
И отравляла она
Кровь мою, прежде чем душу мою отравить,
И распаляла мечты мои, прежде чем мог я любить.
С юности жизнь облача
В ярко-обманчивый, в радужно-светлый покров,
Прячет она под душистыми розами иглы шипов.
В даль увлекает меня;
Но на пути к идеалам прекрасным моим
Чучел каких-то всё ставит, противных бездушьем своим.
Чтоб изнемог я и пал,
Или чтоб жизнь миновал я бесследно, как тень,—
Ниспосылает болезни и тяжкую, сонную лень.
Только в минуты, когда
Дух мой ликует, вкушая победный покой,
Я умиляюсь божественно-вечной её красотой
И вижу Бога её
В свежем дыханье румяного утра, в тенях
Трепетной зелени, в лунном мерцанье, в звездах…
И, предаваясь мечтам
Всепримиряющим, вижу в ней кроткую мать,
Ту, что хромого Иакова в дом свой зовет отдыхать.