К …
Нет! Верно суждено всегда нам быть вдвоем!
Я морем-ли плыву, иду-ль сухим путем —
Ты тут-же. — Здесь, где льдов воздвигнута громада,
На них блестящий след твой вижу я — порой
Обворожительный, небесный голос твой
Я в шуме слышу здесь Альпийского каскада;
Власы подъемлются, когда я оглянусь…
И чаю образ твой увидеть — и боюсь…
Неблагодарная! Когда я здесь — в горах,
Взлетевших к небесам — под самый купол звездный,
Или, всходя, тону в туманных облаках, —
Когда с трудом держусь на льду при скользком шаге,
И, сняв рукой с ресниц пушинку мерзлой влаги,
Ищу меж тучами звезды полярной я,
Литвы, и твоего жилища, — и тебя, —
Неблагодарная, — быть может, в это время —
Царица праздника — ты в танцах перед всеми
Блистаешь первою, — иль новую любовь
В утеху взяв себе и забавляясь вновь,
С улыбкой о любви рассказываешь нашей…
Скажи, счастливее-ль ты стала оттого,
Что подчиненные, пред Милостию Вашей
Склоняя головы, ждут взора твоего?
Ты ближе-ль оттого теперь к границе счастья,
Что засыпаешь ты под шопот сладострастья
И просыпаешься, когда твой долгий сон
Веселым кликом вновь и шумом прекращен?
Уже-ли ни одно тебя воспоминанье
Не потревожило? Уже-ли б не была
Ты счастлива, когда-б удел мой приняла
На долю и себе — любовь в глуши, в изгнанье?..
Тебя-б я за руку по этим вел скалам,
Твой слух-бы услаждал в дороге негой пенья;
Где встретился поток — я кинулся-б к водам
И положил тебе на переход каменья,
Что-б переправилась ты, не смочивши ног;
Я ручки-бы твои от холода сберег
Под поцелуями; — нашлась-бы нам и хатка,
Куда-бы мы вошли и отдохнули сладко
У горца доброго; могли-б и сесть, и лечь;
Я свой дорожный плащ сейчас-бы сбросил с плеч
И обвернул тебя, а ты-б ко мне склонилась
Перед пастушеским, домашним огоньком
И, утомленная, уснула-б крепким сном
И на моем плече поутру-б пробудилась!
(перевод В. Г. Бенедиктова)