Был покинут очаг. И скользящей стопой
XXXIV.
* * *
Был покинут очаг. И скользящей стопой
На морском берегу мы блуждали с тобой.
В Небесах перед нами сверкал Скорпион,
И преступной любви ослепительный сон
Очаровывал нас всё полней и нежней
Красотой содрогавшихся ярких огней.
Сколько таинства было в полночной тиши!
Сколько смелости в мощном размахе души!
Целый мир задремал, не вставала волна,
Нам никто не мешал выпить чашу до дна.
И как будто над нами витал Серафим,
Покрывал нас крылом белоснежным своим.
И как будто с Небес чуть послышался зов,
Чуть послышался зов неземных голосов.
«Нет греха в тех сердцах, что любовь пьют до дна,
Где любовь глубока — глубока и полна».
«Если ж стынет очаг, пусть остынет совсем,
Тот, в ком чувство молчит, пусть совсем будет нем».
И от прошлого прочь шли мы твёрдой стопой,
Уходили всё дальше, и дальше с тобой.
В Небесах потускнел, побледнел Скорпион,
И пурпурной зарёй был Восток напоён.
И пурпурной зарёй озарился весь мир:
Просветлённой любви он приветствовал пир.