Стихи Серебряного века

Провинциалочка восторженная

Герой любуется восторженной девушкой, чья душа расцвела в провинциальной глуши. Её живость и нежность противопоставлены тяжёлой, словно замороженной жизни.

Прогулка

Поездка с мужчиной сопровождается неясной сердечной тревогой. Тихий вечер и осторожное прикосновение усиливают напряжённость близости.

Пройду над влагами болот

Путь через болота ведёт героя к закрытым воротам и забытому брату. Повторяющееся движение соединяет вещественный запах сырости с ожиданием таинственной встречи.

Пройдут все эти дни, вся жизнь совьётся наша

Жизнь исчезает как короткий сон или дым кадила. Её оправданием остаются лишь немногие вещие слова, переживающие земную суету.

Проконсул Пилат. Перед ним — мятежный

Сцена суда Пилата возвращает его небрежный вопрос об истине и скучающий жест. Рассказчик со стыдом узнаёт в себе сочувствие этому равнодушному судье.

Промельк (В каждом городе, в комнате девьей)

Незримый девичий алтарь посвящён повсюдной безымянной королеве. Ненайденная драгоценность обнаруживается в озарении губ.

Проносящиеся. Триолеты

Семь вагонных триолетов передают сменяющиеся картины дороги. Восторг перед миром соседствует с желанием отгородиться книгой, а наблюдение постепенно превращается в размышление о …

Просыпаться утром рано

Ранний крик петуха задаёт круг простых ежедневных действий. Желание забыть житейское зло соединено с надеждой прожить день без греха.

Прохожий

Процвет Амазонии

Птичка — только канарейка, домик — только клетка

Пение канарейки в клетке становится уроком для людей. Ограниченность и ловушки не отменяют полноты любви и свободного звучания песни.

Пурпуреа на закате расцвела

На закате возникает недолгий багряный свет, названный пурпуреей. Его горний отблеск приносит радость хотя бы на единственный час.

Пусть будет всё не так, как было

Герой хочет переделать привычную реальность по собственной воле. Красные лучи и золочёные веки превращают это желание в яркую игру художественного преображения.

Радость дорог. Триолеты

Восемь дорожных триолетов проводят героя через поля, реку, болота и лес. Одиночество, телесная свобода и стихотворная речь соединяются с поиском иной радости …

Разнообразность городов

Разнообразие городов не меняет для героя однообразия человеческого существования. За разными улицами он видит ту же телесность и тот же отказ от …

Рай

Воображаемая жизнь хозяина игрушечной лавки соединяет земной уют и ожидание вечности. Повторяющиеся дни, работа и мирный сон складываются в личный образ рая.

Рая не знаем, сгорая

Радужная природа и игра птиц не дают героям знания рая. Звуковая игра слов подчёркивает разрыв между близкой радостью и её недоступным смыслом.

Регина

Когда поблекнут георгины под ало-желчный лесосон, идите к домику Регины по всем дорогам и тропам, бросайте на пути рябины, чтобы вернуться, но …

Ржавый дым мешает видеть

Ржавый дым заслоняет заснеженное поле, лес и небо. За этой преградой становится невозможно различить радость и гибель, счастье и гнев.

Р. М. Хин

Кабинет Рахили Хин хранит портреты писателей и эхо бесед ушедших современников. Через дневник и память о голосах герой пытается воскресить культурный мир …

Родилась я ни поздно, ни рано

Героиня связывает свою судьбу с невозможностью жить без сердечного обмана. Песня друзей о несбывшейся любви поддерживает атмосферу утраты.

Рождает сердце в песнях и радость и печаль

Сердце рождает в песнях радость и печаль одновременно. Герой хочет омывать цветущую жизнь слезами и встречать верной песней и будущее, и испытания.

Розы Вячеслава Иванова

Розы Вячеслава Иванова представлены как живые уста, наполненные полуденным солнцем. Кровь, смола и священная радость передают чувственную силу его образов.

Рондели о ронделях

Рудо-жёлтый и багряный

Клён под окном празднует осень красными и жёлтыми красками. Ветер и солнечный свет придают его утомлённой листве буйное оживление.

Русь

Русь получает грубый и парадоксальный образ силы, растущей в труде и грязи. Насмешливое обращение противопоставляет её положение довольству соседа.

Ручей

Путь ручья проходит от горных льдов через деревни и поля к спокойной реке. Его жизнь связывает природную чистоту, человеческий труд и первый …

Сайма

Плавание по Сайме раскрывает извилистые берега, гранитные острова и белые виллы. Ласковая поверхность озера хранит возможность бурного движения к камням Вуоксы.

С вами я, и это — праздник, потому что я — поэт

Поэт называет своё присутствие праздником и ждёт от людей большего, чем гонорар. Его песни, легенды и открытая душа представлены как бесценный дар, …

Сверкайте, миги строгих дней!

Герой принимает тяжёлое иго строгих дней и ищет награду в книгах. Повторяющееся благословение вериг превращает страдание в сознательную внутреннюю стойкость.