Стихи Серебряного века

Немой ураган

Математик держит в руках вихри и едва заметным знаком смиряет разнузданность циклона. Он размещает числовой пожар и качает немой ураган, а звёздам …

Не моя печаль, не моя забота

Не моя печаль, не моя забота, как взойдёт посев: это огромный кто-то, ангел и лев. Героиня стерегёт в глазах молодых истому, черноту …

Непоправимо (Зинаида Гиппиус)

Рыжий всадник не проходит мимо, а безвозвратно втаптывает всё в смертную вязь. Повтор слова «непоправимо» передаёт переживание всеобщей катастрофы, которую нельзя очистить …

Не рыдая, дождался я огненных рдяных ордалий

Огненное испытание принимается без жалобы благодаря собранной силе духа. Память о древних знаках и несгорающей саламандре сопровождает проход через пламя к бездонной …

Не сегодня-завтра растает снег

Сострадание к измученному человеку соединено со страхом перед его мрачной судьбой. Героиня открывает свой светлый покой нежеланному ночному гостю.

Несчастие

Движение жизни противопоставлено неподвижности пережитого несчастья. Природные и числовые образы поддерживают призыв дать сердцу отдых и не замыкаться на одной боли.

Нет места тревоге

Нет места тревоге и унынию: если человек сам создал себя в Мирозданье, пусть верит в своё сердце и подвиг. Если же он …

Неужели я снова

Возвращение в знакомую весеннюю деревню оживляет берёзовую аллею, пруд и разговоры о рыбе. Прежние места кажутся неизменными, но их тихая красота вызывает …

Не улетай!

Морская дева словно готовится улететь. Любовный призыв удерживает её в земном мире.

Не успокоена в покое

Женский образ соединяет внешнюю строгость с ночной, опасной чувственностью. Ароматы, запястья, взгляд и желание прикоснуться создают замкнутый круг древнего соблазна.

Ни в лодке, ни в телеге

Весенняя вода отрезает усадьбу от дороги. Разлучённые люди остаются поблизости друг от друга, но бессильно ждут встречи.

Никто ничего не отнял!

Разлука с молодым поэтом принимается как свобода и благословение. Нежность сохраняет близость через пространство и воображаемые столетия.

Никчёмное самоутешение

Герой видит вокруг однообразные грубые лица извозчиков и не верит, что новое поколение изменится. Резкое сатирическое обобщение завершается образом одинокого вдумчивого пешехода.

Нищий с паперти

Нищий встречается у иконы с женщиной, которую когда-то любил. Подаваемая копейка подчёркивает отчуждение и болезненность прошедших лет.

Ночь (Пришла и мир отгородила)

Наступление ночи уподоблено вселенскому богослужению. Одиночный зритель становится причастником её таинства и ждёт возвращения к земной жизни уже преображённым.

Нощь и поле, и крик петухов

Возвращение к родному дому открывает память об ушедших людях. Неизменный сельский мир наполняется тихим поминовением.

Нощь и поле, и крик петухов (Есенин)/вторая редакция

Ночной сельский пейзаж раскрывается как возвращение к родному очагу. Его мирная тишина сохраняет память о тех, кто исчез и уже не вернётся.

Нощь и поле, и крик петухов (Есенин)/первая редакция

Возвращение к ночному сельскому миру соединяет лунный пейзаж с узнаваемым отчим домом. Тишина избы, старые книги и обрядовые образы сохраняют непрерывность прошлого.

О, горе сердцу!

О, есть неповторимые слова

Неповторимое слово требует от человека большой внутренней цены. Ему противопоставлены неисчерпаемость неба и Божьего милосердия.

Ожерелье (Тебе дрожащее сковал я ожерелье)

Возлюбленной выковано дрожащее ожерелье: в нём качается изумрудное веселье, грезит рубинный хор огней, мечтают халцедоны. Сон слагает опалами луннозвоны и поёт мерцаньями: …

Ожерелья дней

Прожитые дни сравниваются с тяжёлым ожерельем разноцветных камней. Перебирая страсть, скорбь и мечты, герой обнаруживает, что угасшие события продолжают гореть в тайниках …

О, злая! с черной красотой! о дорогая! ангел мой!

Ашугская любовная жалоба повторяет признания в неутолимом горении. Возлюбленная одновременно властвует над героем, ранит его и одна способна исцелить.

Око (Я Око всеобъёмное. Во мне)

Всеобъемлющее Око преодолевает предметные границы и земной предел. Космическое самосозерцание завершается исчезновением времени в вечности и слиянием всех светов.

О край дождей и непогоды

Обращение к краю дождей и непогоды: надломленная хлебной ковригой луна, малиновая лебеда за перепаханной нивой, спелая звезда на ветке облака. Герой бредёт …

О красном вечере задумалась дорога

Осенний деревенский вечер объединяет тишину двора с неясной памятью об исчезнувшем. Живые движения печи, соломы и животных удерживают покой среди сгущающейся мглы.

Она сидит, задумавшись глубоко

Мифическая Сага хранит человеческие судьбы и сплетает их в рассказ. Молчаливый Один сообщает повествованию грозный завершающий аккорд.

Они летят, они ещё в дороге

Слова ещё находятся в пути, но героиня уже переживает напряжение перед будущей песней. Приход вдохновения представлен как ослепительный свет и раскалённый ветер.

Опечаленная поэза

Герой признаёт, что не вечно ему гореть и пылать, он может стареть и устать. Но пока в нём играет кровь, он надеется …

Опять, как раненая птица…

Цыганская песня становится для героини способом отдаться тоске и прекратить внутреннюю борьбу. Голос, гитара и степные видения несут одновременно мучение и желанное …