Бэда-проповедник
Мальчик-поводырь обманывает слепого проповедника, убеждая его говорить перед якобы собравшимися людьми. Вдохновенная вера старца получает чудесный ответ: после его речи камни громко …
Стихи Золотого века - лирика, поэмы, басни и баллады всего XIX столетия: от Крылова и Жуковского до Некрасова, Фета и Надсона. Откройте полный текст, перейдите к странице автора и найдите другие произведения эпохи.
Смотреть поэтов эпохи →Мальчик-поводырь обманывает слепого проповедника, убеждая его говорить перед якобы собравшимися людьми. Вдохновенная вера старца получает чудесный ответ: после его речи камни громко …
Отдыхающая вакханка изображена в чувственном соединении тела, солнечных бликов и растительности. Тихий портрет обрамлён далёкими звуками продолжающегося праздника.
Изящная внешность князя Ксандра сравнивается с освещённым луной колосом без зерна.
Созерцая вечер у пруда, герой вспоминает такую же картину из прошлых лет. Звезда, ласточка и тихая вода пробуждают нежную грусть о мгновениях, …
Вечерние тени опускаются на морской залив и прибрежные сады. Последний блеск заката в воде завершает образ тихого ухода прекрасного дня.
Карточная эпиграмма хвалит игровую силу Льва Пушкина, но обещает победить его тузом червей при ставке ва-банк.
Загадочное происхождение горного ключа сопоставлено с рождением поэтического стиха. Неясность истока не мешает обоим приносить людям наслаждение и душевную отраду.
Горные вершины напоминают незавершённые творения великого зодчего. Воображение обнаруживает в скалах недосозданные тела, лица и архитектурные своды.
Уход цветущего времени года не меняет нежности к резвой возлюбленной. Её зимнее появление в хижине с весёлым смехом и поцелуем сохраняет живое …
Герой переживает унижение зависимой жизни среди чужих людей. Внешняя улыбка скрывает подавленные чувства и проклятие своей горькой доле.
Тройка везёт героя через зимнюю равнину под тихую песню ямщика. Безрадостный лунный пейзаж усиливает тоску и жалость к родной стороне.
Наставление другу называет терпение и веру в Провидение смыслом земной жизни. Мимолётное счастье понимается как небесная весть, а найденный покой - как …
Отвергнутый влюблённый принимает предложение дружбы и лукаво требует полной непринуждённости. Под видом дружеской свободы он продолжает добиваться любовной близости.
Спокойная и тревожная жизнь сопоставлены с ясным днём и весенней грозой. Герой выбирает полноту бурных переживаний, принимая вместе горечь и сладость слёз.
Беспечное созерцание природы поначалу обходится без размышлений и стихов. Лишь позднее память возвращает увиденные картины и пробуждает поэтическую мысль и вдохновение.
Дорога нужна лирическому герою не ради меняющихся видов, а ради внутреннего движения мысли. Уединение в кочующей берлоге отдаляет внешний мир и превращает …
Размышление о жизни обращено к границам человеческого знания. За уверенностью суждений обнаруживается неразгаданность прошлого, будущего и собственного существования.
Насмешливые строки сравнивают поклонников нескольких женщин и заканчиваются уколом в адрес Груши.
Эпиграмма противопоставляет ангельский образ желанной женщины её гневному земному облику.
Неотступный свет звезды возвращает герою память о разлуке. Восторг и умиление сменяются печалью о погибшей любимой.
Музыка наполняет слух героя и увлекает его сердце за собой. Восторг достигает такой силы, что прекрасное мгновение кажется возможностью раствориться в звуках.
Приветствие юному поэту уподобляет раннее дарование рассвету и весеннему жаворонку. Успех в творчестве соединён с первым чувством.
Эпитафия соединяет отчуждённость умершего при жизни с любовью окружавших его людей. Прощальные слёзы становятся знаком доброй памяти.
Куплеты актёра: так у нас понимают искусство, жрецов его клеймят шутом, талант считают ложью и обманом. Для зрителей шарлатаны и Гаррик, и …
Презрительное согласие отдать жизнь врагам сопровождается образом ядовитого наследства.
Шутливое послание Мятлеву: герой с досадой смотрит на морозных угрюмых дам, но рассказ дамы Курдюковой так мил, что он готов затвердить его …
Невзрачный тростник получает голос благодаря умению странствующего старца. Рождение музыкального инструмента показывает искусство как оживление скрытой в природе звучности.