Поэт и прозаик Серебряного века, один из представителей русского символизма, автор романа «Мелкий бес».
Биография
Перейти к стихамФёдор Кузьмич Сологуб (настоящая фамилия - Тетерников) родился 17 февраля (1 марта) 1863 года в Санкт-Петербурге в небогатой семье. После смерти отца семья жила стеснённо, и ранняя самостоятельность стала одной из важных черт его жизненного опыта. В 1882 году Сологуб окончил Петербургский учительский институт и почти десятилетие преподавал в провинциальных училищах: в Крестцах, Великих Луках и Вытегре. Он учил математике и одновременно продолжал читать и писать, наблюдая жизнь небольших городов и людей, чья повседневность была ограничена привычкой и нуждой.
Первое известное стихотворение Сологуба, «Лисица и ёж», появилось в печати в 1884 году под фамилией Тетерников. В начале 1890-х годов он вернулся в Петербург, а в 1893 году впервые подписал стихотворение именем Фёдор Сологуб. Псевдоним вскоре стал его основным литературным именем. Сологуб вошёл в круг авторов журнала «Северный вестник», где печатал стихи, прозу и критические заметки. Его первая книга стихов вышла в 1895 году с датой 1896 на обложке. Рядом с лирикой он публиковал рассказы, сказки и роман «Тяжёлые сны», в котором уже проявился интерес к несвободе личности и к давлению повседневной среды.
Ключевая особенность сологубовской поэзии - тихая, музыкальная речь, за которой часто стоят одиночество, ощущение хрупкости жизни и стремление к иной, более цельной реальности. Его лирический герой не всегда находит опору в видимом мире: знакомый пейзаж способен стать дверью в сон, а обычная деталь - знаком тревоги или предчувствия. В стихах соединяются мягкая напевность, строгие повторы, простые слова и мотивы смерти, памяти, детства и освобождения. Сологуб был одним из заметных представителей старшего поколения символистов, однако его поэтический голос отличался сосредоточенной интимностью и не стремился к громкой ораторской интонации.
Широкую известность ему принёс роман «Мелкий бес». Сологуб работал над ним с 1890-х годов; журнальная публикация 1905 года осталась незавершённой, а полное отдельное издание вышло в 1907 году. Главный герой, провинциальный учитель Передонов, постепенно теряет способность различать действительность и навязчивые подозрения. В романе бытовая среда показана гротескно и тревожно: мелочная борьба за положение, сплетни и страх превращают обычную жизнь в замкнутый мир. Название стало нарицательным, а образ Передонова - одним из самых узнаваемых в русской прозе начала XX века.
Сологуб продолжил развивать эту тему в романе-трилогии «Творимая легенда», завершённой в 1913 году. В ней реальность и воображение сталкиваются иначе: фантастическое уже не только искажает жизнь, но и открывает возможность личного творчества, внутренней свободы и преображения. Наряду с большими романами он создавал короткие «сказочки», в которых несколько штрихов превращают повседневный эпизод в притчу или сатирическую сцену. Его проза показывает ту же раздвоенность мира, что и стихи: за видимой обыденностью скрываются страх, желание, миф и мечта.
В начале XX века Сологуб много печатался, выпускал книги стихов и прозы, писал для театра. Среди его драматических произведений - «Победа смерти», «Дар мудрых пчёл» и «Заложники жизни». В лекциях и статьях он рассуждал о современном искусстве и символизме, а в период революции 1905 года откликался на общественные события сатирическими «Политическими сказочками». Его литературный путь не ограничивался одной ролью: Сологуб был также редактором, критиком, переводчиком и организатором культурной жизни. Он переводил французских поэтов, прежде всего Поля Верлена, а также авторов немецкой и других европейских литератур.
Первая мировая война и революции изменили условия его работы, но Сологуб продолжал писать и добивался возможности выехать из России. В 1920-е годы вышли его новые стихотворные книги, среди них «Одна любовь», «Соборный благовест» и «Чародейная чаша». Он участвовал в литературных объединениях, занимался переводами и оставался заметной фигурой петербургской литературной среды. Фёдор Сологуб умер в Ленинграде 5 декабря 1927 года. Его наследие включает лирику, романы, рассказы, сказки, пьесы, статьи и переводы. В русской литературе он соединяет музыкальную исповедальность с холодной сатирой и показывает, как стремление к красоте может сосуществовать с острым знанием человеческой слабости.
Стихи Фёдора Сологуба
В библиотеке Лиры собрано 373 стихотворения Фёдора Сологуба - известные и редкие произведения на разные темы.
Все эти ваши слова
Устав от чужих слов, герой хочет остаться с небом, морем и елями. Дикая волна обещает ему прикосновение и сказку небывалой любви.
В доме шатки половицы
Дом с шаткими полами становится душной клеткой. Герой отвергает стены и окна как образ телесного плена.
Аллеею уродливых берёз
Путь вдоль забора и кривых берёз окрашен скукой и страхом. Настойчивый повтор усиливает чувство стеснённости.
Безгрешно всё, и всё смешно
Герой противопоставляет свою греховность мнимой невинности окружающих. Иронические повторы ставят под сомнение общепринятое оправдание людей.
Безумно злое упоенье
Вокзал вызывает дикое и злое упоение. Пыльные залы и резкие звонки становятся тревожной силой, захватывающей сознание.
Безумно-осмеянной жизни
Страдающему человеку предлагается сохранить достоинство в растоптанной жизни. Главным становится отказ от укоризны, омрачающей лицо.
Бесконечный мальчик, босоножка вечный
Вездесущий босоногий мальчик воплощает беспечную радость. В любых краях герой узнаёт в нём друга.
Благослови свиные хари
Призыв простить уродство мира распространяется и на самого человека. Бог представлен создателем добра и зла.
Будетлянка другу расписала щёку
Разрисованный футурист выходит на улицу с подругой. Комический портрет строится на нелепом костюме и реакции прохожих.
Веет ветер мне навстречу
Ветер кажется герою вечным светлым чародеем. Его свободное движение упрекает тусклую жизнь человеческих площадей.
Венок из роз и гиацинтов
Добрый маг оберегает цветочный венок, предназначенный для светлого пути. Хитрый враг пытается вплести в него болотные цветы и знаки лабиринта.
Вечера. Триолеты
Восемь вечерних триолетов соединяют небо, городские улицы и комнатные сцены. Свет, музыка, чувственность и усталость показывают разные способы пережить наступающую темноту.
Вечерний мир тебя не успокоил
Вечерний покой не унимает большого города. Толпы становятся лишь шумнее, а общее возбуждение превращается в самодовольную спесь.
Вздыхает под ногами мох
Мох, берёзы и туманный лес обретают нежную, томную жизнь. Слово становится вздохом, а песня - стоном в зыбком и тёмном мире.
В иных веках, в иной отчизне
Герой мечтает о признании в другом времени и другой стране. Его труд уподоблен волшебному питью, которое заслужило бы благодарность людей.
В моём бессилии люби меня
Герой просит любить его в бессилии и горении. Общее предназначение связывает двоих вопреки отверженности и безумству.
В небо ясное гляжу
Взгляд на звёзды вызывает волнение души. Герой спрашивает, отражают ли они его собственную силу или Божью тайну.
Во внутреннем дворе отеля
Печальный юноша мечтает у гостиничного фонтана. Фигура Амура словно оживает и грозит ему любовной стрелой.
Воздух, пёстрый от дождя
Весенний дождь освежает воздух и рощу. Его мелкие брызги и укромная тень переживаются как нежная игра и отдых.
Вон там, за этою грядою
За далёкой грядой герою мерещится место тихой и прекрасной жизни. Венки, ворожба и вечный сон делают этот желанный приют одновременно ласковым и …
Вот ухожу я от небес
Герой скрывается от неба в маленькой лавке за стаканом мацони. Рукотворный навес и простая покупка становятся убежищем от воображаемой погони.
В очарованьи здешних мест
Герой видит окружающий мир светлым благодаря собственной преображающей силе. Уверенность в её смысле делает каждый день прекрасным.
В полдень мертвенно-зелёный
Мертвенно-зелёная вода загадочно светится под луной. Повторяющийся вопрос превращает её цвет в тревожную приманку.
В пути, многократно измеренном
Привычный путь неожиданно открывает чужое присутствие. Повторение знакомого маршрута становится встречей с тайной.
Всё зеленее и светлее
За вагонным стеклом мир становится теплее, зеленее и нежнее. Приближение счастья заставляет героя усомниться в необходимости ненависти и зла.
Все мы, отвергнутые раем
Отвергнутые раем или отрёкшиеся от него люди сохраняют смутную память о блаженстве. Майское упоение невольно возвращает забытый опыт.
Всё чаще девушки босые
Босые сельские девушки радуют героя простым и свободным смехом. Отказ от обуви изображён как освобождение от душной искусственности и наглядный урок другим.
Вспомни слёзы Ниобеи
Горе Айседоры сопоставлено с долей Ниобеи. Засушливый ветер и сожжённая жатва становятся образом разрушенного жизненного счастья.
Где-то есть тропа мечтательная
Герой надеется на существование светлой тропы, где правда сильнее жизненной лжи. Но никто не показывает ему, как найти этот воображаемый путь.
Глядит высокая луна
Луна наблюдает за автомобильным движением с невозмутимой ясностью. Долгая память небесного светила противопоставлена недавнему торжеству человеческих усилий.