Поэт и прозаик Серебряного века, один из представителей русского символизма, автор романа «Мелкий бес».
Биография
Перейти к стихамФёдор Кузьмич Сологуб (настоящая фамилия - Тетерников) родился 17 февраля (1 марта) 1863 года в Санкт-Петербурге в небогатой семье. После смерти отца семья жила стеснённо, и ранняя самостоятельность стала одной из важных черт его жизненного опыта. В 1882 году Сологуб окончил Петербургский учительский институт и почти десятилетие преподавал в провинциальных училищах: в Крестцах, Великих Луках и Вытегре. Он учил математике и одновременно продолжал читать и писать, наблюдая жизнь небольших городов и людей, чья повседневность была ограничена привычкой и нуждой.
Первое известное стихотворение Сологуба, «Лисица и ёж», появилось в печати в 1884 году под фамилией Тетерников. В начале 1890-х годов он вернулся в Петербург, а в 1893 году впервые подписал стихотворение именем Фёдор Сологуб. Псевдоним вскоре стал его основным литературным именем. Сологуб вошёл в круг авторов журнала «Северный вестник», где печатал стихи, прозу и критические заметки. Его первая книга стихов вышла в 1895 году с датой 1896 на обложке. Рядом с лирикой он публиковал рассказы, сказки и роман «Тяжёлые сны», в котором уже проявился интерес к несвободе личности и к давлению повседневной среды.
Ключевая особенность сологубовской поэзии - тихая, музыкальная речь, за которой часто стоят одиночество, ощущение хрупкости жизни и стремление к иной, более цельной реальности. Его лирический герой не всегда находит опору в видимом мире: знакомый пейзаж способен стать дверью в сон, а обычная деталь - знаком тревоги или предчувствия. В стихах соединяются мягкая напевность, строгие повторы, простые слова и мотивы смерти, памяти, детства и освобождения. Сологуб был одним из заметных представителей старшего поколения символистов, однако его поэтический голос отличался сосредоточенной интимностью и не стремился к громкой ораторской интонации.
Широкую известность ему принёс роман «Мелкий бес». Сологуб работал над ним с 1890-х годов; журнальная публикация 1905 года осталась незавершённой, а полное отдельное издание вышло в 1907 году. Главный герой, провинциальный учитель Передонов, постепенно теряет способность различать действительность и навязчивые подозрения. В романе бытовая среда показана гротескно и тревожно: мелочная борьба за положение, сплетни и страх превращают обычную жизнь в замкнутый мир. Название стало нарицательным, а образ Передонова - одним из самых узнаваемых в русской прозе начала XX века.
Сологуб продолжил развивать эту тему в романе-трилогии «Творимая легенда», завершённой в 1913 году. В ней реальность и воображение сталкиваются иначе: фантастическое уже не только искажает жизнь, но и открывает возможность личного творчества, внутренней свободы и преображения. Наряду с большими романами он создавал короткие «сказочки», в которых несколько штрихов превращают повседневный эпизод в притчу или сатирическую сцену. Его проза показывает ту же раздвоенность мира, что и стихи: за видимой обыденностью скрываются страх, желание, миф и мечта.
В начале XX века Сологуб много печатался, выпускал книги стихов и прозы, писал для театра. Среди его драматических произведений - «Победа смерти», «Дар мудрых пчёл» и «Заложники жизни». В лекциях и статьях он рассуждал о современном искусстве и символизме, а в период революции 1905 года откликался на общественные события сатирическими «Политическими сказочками». Его литературный путь не ограничивался одной ролью: Сологуб был также редактором, критиком, переводчиком и организатором культурной жизни. Он переводил французских поэтов, прежде всего Поля Верлена, а также авторов немецкой и других европейских литератур.
Первая мировая война и революции изменили условия его работы, но Сологуб продолжал писать и добивался возможности выехать из России. В 1920-е годы вышли его новые стихотворные книги, среди них «Одна любовь», «Соборный благовест» и «Чародейная чаша». Он участвовал в литературных объединениях, занимался переводами и оставался заметной фигурой петербургской литературной среды. Фёдор Сологуб умер в Ленинграде 5 декабря 1927 года. Его наследие включает лирику, романы, рассказы, сказки, пьесы, статьи и переводы. В русской литературе он соединяет музыкальную исповедальность с холодной сатирой и показывает, как стремление к красоте может сосуществовать с острым знанием человеческой слабости.
Стихи Фёдора Сологуба
В библиотеке Лиры собрано 373 стихотворения Фёдора Сологуба - известные и редкие произведения на разные темы.
Матово-нагие плечи
Портрет девушки построен вокруг обнажённых плеч и сброшенных лент. Запах мяты и ласковые речи студента усиливают чувственность короткой сцены.
Мерцает запах розы Жакмино
Запах розы, связанный с Михаилом Кузминым, наполняет тёмный уютный интерьер. Цветы, камин и кармин ковра создают чувственный портрет поэтического мира.
Мечта. Триолеты
Семь триолетов собирают картины тайного сада, леса, закатного света и ночной долины. Мечта ведёт человека к вершинам и позволяет вливать собственный свет …
Милая прохлада, — мгла среди полей
Прохлада полей и тишина сада обещают герою сладостный покой. Он просит небо не нарушать молниями его речную грёзу.
Моей свинцовой нищеты
Герой отказывается стыдиться своей неотступной бедности. Даже упрёки близкой женщины и оковы судьбы не заставляют его принять чужой суд.
Мои томительные дни
Герой переживает враждебность сограждан как томление, растянутое на дни. Россия оказывается источником брани, которая превращает ожидание в увядание.
Молодой босой красавец
Босой юноша встречает солнце утренней песней. Его смуглая радость воплощает открытое жизнелюбие и доверие новому дню.
Моя далёкая, но сердцу близкая
Герой утешает далёкую любимую и просит легко принять недолгую разлуку. Опыт странствий учит его не отдавать сердце преходящей горечи.
Моя душа тверда, как сталь
Стальная душа противостоит железным веригам. Печаль не уничтожает её, а становится звенящим голосом внутренней твёрдости.
Надо жить с людьми чужими
Герой считает себя чужим среди любых людей. Повторение неизбежного соседства усиливает замкнутость человека, который признаёт своим только себя.
Над плёсом маленькой реки
Молодая колдунья гадает на речном берегу и кого-то ждёт. Горящие глаза и тихий шёпот превращают спокойное место в пространство тайны.
На него ещё можно смотреть
Низкое неяркое солнце ещё позволяет смотреть на себя прямо. Облака раздваивают его медный облик, пока дорога остаётся без теней.
На щеке прекрасной будетлянки
Раскрашенное лицо футуристки превращается в яркое уличное зрелище. Насмешливый портрет соединяет лиловые пятна, зелёную луну и декоративные поганки.
Неживая, нежилая, полевая, лесовая, нежить горькая и злая
Герой пытается понять злую нежить, которая не принадлежит ни жизни, ни смерти. Звуковые повторы делают её навязчивое присутствие липким и мучительным.
Нежити. Триолеты
Пять триолетов проводят героя через встречи с лесной нежитью и чертями. Знакомая дорога, смех и удобное кресло оборачиваются ловушками, за которыми скрыты …
Незабудки вдоль канавки
Рука тянется к незабудкам у лесничьего дома. Небольшое движение среди травы становится центром тихой цветочной картины.
Не надо долгого веселья
Герой отвергает долгое веселье, питающее лень. Каждый новый день должен приносить и строгую мысль, и тревожную радость обновления.
Не увлекайтесь созерцаньем
Пассажиру советуют не поддаваться мелькающим за окном картинам. Повторяющийся запрет подчёркивает соблазн простого дорожного зрелища.
Ниву спелую волнуешь
Обращённая к невидимой силе речь говорит о бесплодном волнении. То, что приводит в движение ниву и сердце, не умеет унести их за …
Ни человека, ни зверя
В пустом до горизонта мире герой остаётся с таинственным спутником. Верность изменчивому образу и сила мечты обещают победу над звериным началом.
Но не затем к тебе вернуся
Возвращение к современнику не обещает примирения с привычным бытом. Герой намерен уничтожить его тёмную косность, а не воспеть старые щели и сор.
Ночь настала рано
Ранняя ночь вызывает тревожный вопрос о страдании, способном поколебать мрак. Краткий круг повторов оставляет этот жестокий вопрос без ответа.
Ночь, тишина и покой. Что же со мной? Кто же со мной?
Ночной покой не отвечает на вопросы одинокого героя. Редкие визиты далёкого друга оставляют увядший цветок и мечту о мосте к желанному востоку.
Ну что ж, вздымай свою вершину
Каменной горе напоминают о её невечности. Медленная работа дождя превращает гордую вершину в песок и глину, обнажая бессилие внешнего величия перед временем.
Обдувайся, одуванчик
Игра звуками превращает названия цветов в маленькие заклинания. Одуванчик, ландыш и мак получают воображаемую способность рассеять боль и усыпить волю.
О, безмерная усталость!
Безмерная усталость сама становится певцом и странником. Среди тревоги она должна петь о любви и Боге, призывая милость к людям.
Огонёк в лесной избушке
Огонёк лесной избушки мелькает за деревьями и постепенно исчезает в тумане. Росный луг и отгороженная мглой луна усиливают ощущение удаляющегося приюта.
Один в полях моих иду
Одинокая прогулка по полям переживается как возвращение к первозданной ясности. Герой остаётся наедине с землёй и ощущает себя тем, кто зажигает звезду.
Отбросив на веки зелёные пятна от очков
Состоятельный горбун осторожно идёт по льду и гордится зелёными стёклами очков. Мальчишка напрасно ждёт падения, которое превратило бы прогулку в забаву.
Отдыхая в тёплой ванне
Измученный голос мечтает о смертельном забвении в тёплой воде. Повторяющиеся строки показывают, насколько желание исчезнуть заслонило другие возможные желания.