О, милая моя…

О, милая моя, к чему нам говорить
К чему, с тобой любовь и чувство разделяя,
Души моей в тебя нельзя мне перелить,
На мертвые слова ее не раздробляя!
Какая-жь польза нам в безжизненных словах,
Что стынут в воздухе и вянут на устах?

«Люблю тебя, люблю!» — готов твердить всегда я.
К чему-жь краснеешь ты, взор обратя ко мне?
Увы, я не могу, любовию пылая,
Ее ни выразит, ни высказать вполне,
И, как в летаргии, я не имею силы
Хоть признак жизни дать, чтоб избежать могилы.

Я утомил уста лобзанием напрасным,
Желая сплавить их с твоими навсегда,
И говорит хочу биеньем сердца страстным
И вздохами — и ты поймешь меня тогда;
И век так говорить, пока жизнь длится эта —
До самого конца и по кончине света.

(переводчик: Мемнон Петрович Петровский)