М. А. Максимовичу

Свобода странно воспитала
Мою поэзию: она
Её пристрастно поливала
Струями славного вина;
Сама, нетрезвыми руками,
Её прямила и порой
Благоуханными устами
С неё сдувала прах земной.
Я благодарен горделиво
Ей за радушные труды;
И сам я вижу — и не диво,
Что пьяны вызрели плоды.