Башня Голода

Средь запустенья города немого,
Что колыбелью был, а ныне склеп,
Людей угасших сказанное слово,

Обломок от крушения судеб,—
Восстала Башня Голода, виденьем.
Под ней тюрьма, чудовищный вертеп,

Там мука сочеталась с преступленьем,
Кто там живет, кошмары их полны
И золотом, и кровью, и томленьем.

И так они до смерти видят сны.
Там высится тяжелая громада—
Соборы, башни—ей затенены

Лучи небес, воздушная услада,
И каждый храм, и каждый пышный дом,
От башни той, ее страшася взгляда,

Как бы ушел—мир обнажен кругом:
Как будто призрак, смутный и ужасный,
Средь нежных женщин встал зловещим сном,

И, сделавшись зеркальностию ясной,
В себе их вид, их лики отражал,
И слил в одно весь этот блеск прекрасный,

Пока застывшим мрамором не стал.

(перевод К. Д. Бальмонта)