И помолясь святой водице
Лирический герой, помолившись святой воде, ничем её не осквернил. Он отдавал свои блага зверю и птице, был осребрён звёздными силами и позлащён …
Здесь собраны стихи, написанные в XX веке. Читайте полные тексты лирики, поэм и новаторских произведений, сравнивайте авторов и переходите к их страницам.
Смотреть поэтов группы →Лирический герой, помолившись святой воде, ничем её не осквернил. Он отдавал свои блага зверю и птице, был осребрён звёздными силами и позлащён …
Молитва у клироса описана как болезненное сочетание гордости, просьбы о благодати и немого укора. Крест становится знаком, о который герой обжигает всю …
Звуковые цепочки складываются в гротескное видение Испании, танца и городского шума. Финальный гимн смерти резко замыкает словесную какофонию.
Кенотаф строится из образов мнимого погребения и неперевоплотимых снов. Строгие строфы удерживают речь, в которой привычные связи между понятиями смещены.
Героине каждый день кажется, что суббота: зазвонят колокола, войдёт любимый, и Богородица улыбнётся, как он хорош. Ночью чудится, что она под камнем …
Сердце уподоблено плотнику, который строит светлый терем, пока человек живёт в сонной беспечности. Неожиданное ослабление его стука рождает страх, что работа оборвётся …
Воспоминание о близком лежит в душе как камень на дне колодца. Оно одновременно приносит веселье и страдание, навсегда изменяя внутренний мир.
Петербург любим за замкнутые берега и недоступные балконы. Особый майский час превращает столицу в подобие райского сна.
Гость приносит скромный цветок в богатый дом и сравнивает его смущение со своим. Цветочный дар становится образом робкого личного обращения.
Индийские образы обители любви, птиц и драгоценного камня направляют духовное устремление. Герой ищет путь к истине сквозь изменчивость видимого мира.
Нищий поэт заполняет пустую мансарду стихами и мечтами о выигрыше в бильярд. Поток созвучий обрывает визит чиновника, пришедшего описывать имущество.
Эпиграмма обращена к поэту и строится на воображаемой угрозе бросить в него камень. Сочетание светской детали и ассирийского образа создаёт язвительную шутку.
После отречения героиня уезжает из столицы, взяв крест, полученный в день измены. Он становится защитой от мучительной памяти.
Над тяжёлой баркой когда-то качались снасти, много дней в яркой лазури. Теперь героя тянет кинуть сушу, вздохнуть свободнее и снова окрестить нагую …
Героиня вышла к озеру, берег крут, сизые воды сбиты в снег, воют на голос, рвут пасти, как звери. Она кинула перстень в …