Стихи XX века

Ночь настала рано

Ранняя ночь вызывает тревожный вопрос о страдании, способном поколебать мрак. Краткий круг повторов оставляет этот жестокий вопрос без ответа.

Ночь, тишина и покой. Что же со мной? Кто же со мной?

Ночной покой не отвечает на вопросы одинокого героя. Редкие визиты далёкого друга оставляют увядший цветок и мечту о мосте к желанному востоку.

Ну что ж, вздымай свою вершину

Каменной горе напоминают о её невечности. Медленная работа дождя превращает гордую вершину в песок и глину, обнажая бессилие внешнего величия перед временем.

Обдувайся, одуванчик

Игра звуками превращает названия цветов в маленькие заклинания. Одуванчик, ландыш и мак получают воображаемую способность рассеять боль и усыпить волю.

О, безмерная усталость!

Безмерная усталость сама становится певцом и странником. Среди тревоги она должна петь о любви и Боге, призывая милость к людям.

Обречённый

Огонёк в лесной избушке

Огонёк лесной избушки мелькает за деревьями и постепенно исчезает в тумане. Росный луг и отгороженная мглой луна усиливают ощущение удаляющегося приюта.

Ода в духе Горация

Воображаемый римский поэт гордится не нынешним успехом, а будущим признанием. Его песни должны дойти до далёких народов и вдохновить ещё не родившихся …

Один в полях моих иду

Одинокая прогулка по полям переживается как возвращение к первозданной ясности. Герой остаётся наедине с землёй и ощущает себя тем, кто зажигает звезду.

Ойле

Океан и дюны

Морской прилив и наступающие дюны изображены как борьба влюблённых противников. Пенистые волны и неподвижный песок соединяются в бурном объятии.

Он верит в вес, он чтит пространство

В посвящении Мандельштаму Городецкий отмечает его любовь к веществу и пространству и умение задержать стремительно движущуюся строфу. Стихотворение связывает работу поэта с …

Он длится без конца — янтарный, тяжкий день!

Тягостный день и бесплодное ожидание сменяются мечтой о северной прохладе. Воображаемый снег обещает облегчение больным и уставшим.

Опять аметистовый вечер

Осенний вечер сопровождает тихое принятие одиночества и безвозвратной разлуки. Героиня чувствует угасание души как расплату за несвершённое, пока осень закрывает последние искры …

Остались лазейки

Сатира перечисляет людей, которых новый закон о печати заставляет замолчать. Комическое утешение находится в забытых законодателем коте и корове читателя.

Отбросив на веки зелёные пятна от очков

Состоятельный горбун осторожно идёт по льду и гордится зелёными стёклами очков. Мальчишка напрасно ждёт падения, которое превратило бы прогулку в забаву.

Отдыхая в тёплой ванне

Измученный голос мечтает о смертельном забвении в тёплой воде. Повторяющиеся строки показывают, насколько желание исчезнуть заслонило другие возможные желания.

Открытка Валерию Брюсову

Отрава

Отрава. Триолеты

Шестнадцать триолетов соединяют горечь любви, усталость, вражду людей и желание забыться. Отравленный мир предстаёт то смертельным питьём, то сжигающим солнцем, то дорогой …

От Севастополя до Ялты

Охотничья песня индейцев

Ритмизованная охотничья стилизация соединяет бросок оружия, добычу и торжественную пляску. Звуковые припевы и обрывистые строки передают телесное движение и возбуждение участников.

О, это был прохладный день

Память о петербургском вечере сопровождает уверенность в силе собственного слова. Отказавшийся от близости всё равно останется пленником её стихов.

О ясных днях мечты блаженно строя

Герой готов принять явь, вливая в неё свет мечты. Обращение к ясной собеседнице обещает встречу, покой и венок как знак преображённой жизни.

Перванш и сольферино

Два оттенка окрашивают для героя одежду, цветы, воду и небо. Повтор превращает весь видимый мир в единую цветовую гармонию.

Перуну

Изгнанный Перун, плывущий по реке, становится собеседником в размышлении о судьбе народа. Древняя история низвержения бога сближается с новыми поражениями и надеждой …

Песнь смущённого

Чёрная хвоя на каменном фоне вызывает образ длинной костяной руки. Смущённое сознание переносится к собственному появлению в гостиной в виде скелета, соединяя …

Песня гренландцев

Повторы направляют взгляд к далёкой южной горе и меняющимся облакам. Созерцание солнечного блеска постепенно превращается в решение отправиться на юг.

Песня из темницы

Узник противопоставляет собственной неволе свободу птиц, солнца и ветра. Главным желанием остаётся услышать песню родной страны и снова увидеть желанный край.

Печальный аромат болот

Болотный запах обещает усталым сердцам иную, тревожную радость. Природное ощущение приносит одновременно отраду и предчувствие болезненного соблазна.