Стихи Серебряного века

Муза, ты снова со мною!

Героиня приветствует возвращённую Музу как пробуждение из общего склепа. Испытывая страх перед новым счастьем и солнечной жизнью, она просит спеть о недавнем …

Музе

Непонятая муза переживает отчуждение от равнодушного мира. Герой признаёт и собственную вину в разрыве с прежним заветом, ожидая братского привета лишь от …

Музыка

Удаляющаяся музыка уносит мечту от земной тревоги к тихому покою. Нежные звуки соединяют печаль с блаженными слезами и ощущением вечности.

Музыка (Женская чара владеет душою)

Музыка (Когда и правая и левая рука)

Музыка (Кто шепчет через музыку с сердцами)

Музыка (Мы слышим воздушное пенье чудесной игры)

Музыка на пасху

Весенняя Пасха звучит как единый храмовый хор, в котором сливаются лес, солнце, деревья и животные. Словесные повторы и необычные образования передают не …

Муйжеля

Шутливая эпитафия изображает писателя защитником крестьян. Его литературная угроза оказывается обещанием написать ещё более длинную повесть.

Мука струн

Игра скрипача объединяет слушателей в общем переживании восторга, боли и обречённости. Исполнение кажется чудом взаимного понимания, которое никто не хочет прерывать.

Мумия

Мумия лежит в раскрашенном гробу, над ней спят стеклянноглазые марабу. Тело хранит чистоту линий, а улыбка открывает тысячелетние уста.

Мурад

Спасшийся после кораблекрушения Мурад боится диких зверей и людоедов. Вид виселицы неожиданно успокаивает его как свидетельство цивилизации, и эта уверенность создаёт горькую …

Мутные потоки пошлости вседневной

Повседневная пошлость постепенно гасит стыд, надежду и способность к сопротивлению. На грани полного душевного оцепенения говорящий обращается к Богу с просьбой вернуть …

Муха

Загадка про муху: она легко порхает, не зная, куда летит и зачем живёт, звенит для слуха и всегда начинает жизнь заново. Будет …

Мухи

Дачные гости обмениваются любезностями, скрывая презрение, корысть и тщеславие. Внутренние монологи превращают вечер у художницы в собрание взаимно тяготящихся людей.

Мухи как мысли

Стихи нужны измученному бессонницей человеку как отрава против собственных мыслей. Но записанные мысли сами превращаются в липких мёртвых мух, вызывая желание разорвать …

Мучительный сонет

После тревожной пустоты дня герой просит подлинного, хотя бы краткого соединения с близким существом. Жажда ещё не воплощённой в слово музыки и …

Муша

Солдат вспоминает, как испугался могучего арестанта, но удержал его от побега отчаянной мольбой. После казни человека, проявившего к нему жалость, награда за …

Мцхетскому храму

Мцхетский храм возвышается над шумом желаний, страданий и сменяющихся мыслей. Его неизменность дарит утомлённой душе покой и ощущение связи между землёй и …

Мщение

Унаследованный кинжал становится предметом тайного эстетического поклонения и властного притяжения. Любование его красотой переходит в подробное предвкушение будущей жестокой расправы.

Мы

Голос поколения уподобляет себя гребню поднимающейся волны. Радость настоящего и уверенность в близких победах вытесняют сомнение и страх.

Мы брошены в сказочный мир

Мы брошены в сказочный мир какой-то могучей рукой: на тризну, на битву, на пир? Герой с каждой минутой сожжён, в каждой измене …

Мы все одной мыслью страдаем

Шутливое признание обнажает удивление перед самим фактом человеческого существования. С возрастом эта скрываемая мысль становится всё настойчивее.

Мы встретились молча. Закат умирал запоздалый

Мы встретились с нею в пустыне

Мимолётная встреча в пустыне пробуждает надежду на высокий смысл и тайну чужого взгляда. Два человека проходят молча, продолжая движение в противоположные стороны.

Мы говорим, но мы не знаем

Мы — дети тёмной, жестокой доли

Речь людей тяжёлой доли соединяет голодное детство в подвалах с взрослой фабричной неволей. Вместо материнских песен их сопровождают нужда, заботы и бесконечный …

Мы знаем наши ошибки…

Двое готовятся к последней полуночной молитве в поле. Пламя и падение цепей становятся образом прощения ошибок и перехода от прежней жизни к …

Мы идем!

Разбитый трудовой коллектив вновь поднимается и идёт навстречу светлому миру вопреки смерти и торжеству противников. В общем движении соединяются павшие отцы, молодые …

Мы к ярким краскам не привыкли

Тихая книжная жизнь современников противопоставлена внутренней тяге героя к дикой силе северных завоевателей. Он видит собственную душевную родину в эпохе викингов, отвергая …