Когда тебя я вижу
Рядом с любимым героиня делается добрее, солнце светит ближе, а боль легче. Она готова прощать и призывает все благословения на детские глаза, …
Здесь собраны короткие стихотворения русских классиков - законченные произведения, которые удобно прочитать за несколько минут. Лаконичные тексты сохраняют характерные образы, интонацию и мысль автора без сокращений.
Рядом с любимым героиня делается добрее, солнце светит ближе, а боль легче. Она готова прощать и призывает все благословения на детские глаза, …
Прежние душевные порывы сравниваются с пламенем, которое постоянно возрождалось. Теперь над душой лежит зола, и для нравственного пробуждения, кажется, нужен страшный суд.
Цыганский танец разворачивает перед героем его собственную жизнь. Слава, богатство и любовь обесцениваются перед смертной тоской.
Герои вспоминают взаимную страсть как беззаботную игру в счастливых супругов. Начав играть в прятки, они разошлись так далеко, что больше не могут …
Возвращение единственного адресата обещает героине новое солнце и преображение времени. Ожидание соединяет верность с образами белого коня, амулета и последних стрел.
Прикосновения любимого сосредоточивают всё чувство героини в отдельных частях тела. Завершающее признание отдаёт ему её жизнь и сердце.
Утомлённая утратами жизнь представлена некрополем скорбных годовщин. На пороге смерти человек несёт Богу память о своих делах и вопрос о прощении.
Рядом с любимой герой чувствует себя богатым и властным над целым миром. Необходимость уйти возвращает ему уныние и ощущение прежней нищеты.
Счастье пролетает над миром Жар-птицей, оставляя несколько перьев. Найденный след заставляет человека отправиться искать недостижимое видение.
Детство, юность и зрелость сопоставлены природным видениям. Рост чувственной силы не устраняет ночного страха.
У могилы Клопштока нарядная публика украшает памятник и довольна своим поступком. Герой молча обращается душой к самому умершему поэту, отделяя память от …
Герой безмолвно любуется любимой на ночном лугу. Звёздное небо кажется ему уже не явлением природы, а короной над нею.
Тяжёлая жизнь воспоминаниями сменяется обновлением после появления любимой. Возвращённое чувство остаётся хрупким, и герой опасается внезапного разрыва.
Ответ на вопрос актёра о зрительской любви оборачивается язвительной эпиграммой. Публика довольна им во время поста, когда не видит его игры на …
Рассказы героя о собственном горе вызывают только скуку и молчание. То же горе, оформленное в стихи, приносит ему громкие похвалы.
Чаша за чашей вино разжигает в герое внутренний огонь. Мир кажется ему полным волшебств и открывает всю вселенную.
Ожидание огненосца соединено с разрушающимся талисманом и отравленным сердцем. В короткой картине господствует напряжение мучительной верности.
Показная готовность благотворительницы отдать всё бедным резко расходится с её поведением. Стоит бедняку допустить неловкость в разговоре, как её милосердие сменяется обращением …
Свинья удивляется почестям, оказанным ей вместе с Овцой и Козой, и считает их незаслуженными. Овца объясняет, что свинью везут на убой, поэтому …
Козёл насмехается над неподвижной раковиной, но та отвечает, что родила жемчужину. Басня напоминает, что тихий труд может принести большую пользу.
Герой обращается к озеру, в котором купается любимая Элиза, и завидует воде, отражающей её красоту. Любовное восхищение заканчивается шутливым предупреждением: холод её …
Крымский пейзаж хранит память о любовном прощании. Возвращающаяся волна воспоминания раскрывает одновременно скупость и щедрость жизни.
Образ колдуна живёт в мифах и намёках. Его отсутствие не устраняет духовного присутствия.
Угасающий вечер проходит через деревню в облике старого колдуна с дождевой бородой и радугой. Его прощальный жест вызывает ветер, после чего поле …
Влюблённая колдунья отказывается от раскаяния и скрывает страдание под маской бесстрастия. Её речь соединяет гордость, отчаяние и невозможность переменить себя.
Скука повторяющейся жизни сменяется решением принять опасный ночной восторг. Голос колдуньи предпочитает краткую полноту даже угрозе костра.
Дорога среди колосящихся полей и птичьего пения постепенно погружается в вечернюю печаль. Белая монастырская колокольня и влажный ветер сопровождают безмолвную молитву за …
Колёса, челноки и рычаги ткацких машин напоминают колёса с глазами из видения Иезекииля. Их безличный ритм побуждает героя строить собственную лиру и …
Колокол, прежде возвещавший духовную силу и тайну, впускает в свой звон суету смертного часа. Вселенская хвала постепенно превращается в одинокое проклятие.