Эпиграмма («Ты видел «Телеграф»?..»)
Разговор о «Телеграфе» основан на смешении журнала с техническим устройством. Каламбур превращается в насмешку над литературным изданием.
Стихи Золотого века - лирика, поэмы, басни и баллады всего XIX столетия: от Крылова и Жуковского до Некрасова, Фета и Надсона. Откройте полный текст, перейдите к странице автора и найдите другие произведения эпохи.
Смотреть поэтов эпохи →Разговор о «Телеграфе» основан на смешении журнала с техническим устройством. Каламбур превращается в насмешку над литературным изданием.
Сатира сопоставляет литературные оценки и коммерческие интересы журналиста. Двойная характеристика высмеивает несогласие между честностью и расчётом.
Голодный чувствительный путешественник пытается выпросить еду пышным мадригалом. Непонятая речь оставляет его у закрытых дверей и превращается в пародию на манерную поэзию.
Голос вдохновенного поэта сравнивается с лунным светом, соловьиной песней и скрытым источником. Красота и одушевлённость творения не гарантируют отклика: песнь угасает среди …
Передавая адресату старые стихи, поэт вспоминает прежнюю власть любви и мечты. Самоироническая оценка несовершенных строк завершается просьбой помнить автора по живому общению, …
Четыре сатирические эпитафии подводят горький итог судьбе общественных учреждений и гражданских надежд. Ироническое прощание с цензурой подчёркивает живучесть её духа.
Жизненный путь неизвестного человека сводится к краткому движению от ничто к временному значению. Сатирическая эпитафия подчёркивает ничтожность земных притязаний перед смертью.
Эпитафия задаёт вопросы о жизни как тяжёлом сне и смерти как пробуждении. Последняя строка вновь допускает сон по ту сторону смерти, оставляя …
Эрот пробует играть на лире Аполлона и извлекает нестройные звуки. Бог предсказывает, что влюблённые всё равно признают в нём великого певца.
В бурном море родители спорят, кому пожертвовать собой ради спасения ребёнка. Мать бросается в воду, а отец остаётся с младенцем и горько …
Сатирическая поэма соединяет разговоры с другом, путевые письма и поздний пересмотр собственной жизни с критикой российского общественного строя. За хандрой и воспоминаниями …
Беззаботная сила юноши вызывает у зрелого человека завистливое восхищение. Жизненный опыт оказывается слишком дорогой платой за утраченную лёгкость, смех и веру в …
Зрелый герой вспоминает неосуществившиеся юношеские надежды на дружбу и любовь. Ожидаемая близость, способная разделить горе и принести восторг, остаётся лишь содержанием прежней …
Сновидческий двойник, позеленевший от надежды, предлагает оставить бесплодное мечтание. Смешение смеха и плача превращает призыв к действительной жизни в самоиронический разговор о …
Герой признаёт жизненные ошибки, но отстаивает верность своей внутренней святыне. В прощальном обращении он надеется на сохранение дружеского доверия, оставляя адресату право …
Увядший явор показывает прохожему виноград, который продолжает его обвивать. Эта верность становится пожеланием дружбы, не прекращающейся даже после смерти.
Герой сравнивает напористость врагов с бессилием сочувствующих друзей. Ироническое признание зависти к чужой силе ставит под сомнение ценность робкой дружбы.
Герой вспоминает детские годы и черты и спрашивает, куда всё делось. Утраченное детство он сравнивает с тем, что унесло море жизни и …