Стихи Золотого века

Я есмь

Библейское слово творения получает человеческий ответ «я есмь». Стихотворение прославляет духовную силу личности, свободу и искусство, через которые человек утверждает своё бытие.

Я желал бы иметь на могиле моей

Говорящий размышляет о том, каким памятником хотел бы быть отмечен после смерти, и отвергает традиционные религиозные сооружения. Он мечтает о скульптуре женщины …

Я задумался и — одинок остался

Череда душевных состояний превращает внутренний мир героя в опустошённую степь. Не любовь, молитва или надежда, а сомнение неожиданно возвращает ей жизнь.

Я занёс к тебе с мороза

Снежинки, принесённые с мороза в тёплый дом, быстро превращаются в капли. Ласковая ирония придаёт маленькой зимней сцене оттенок грусти.

Языков

Памяти Языкова посвящён портрет поэта, сохранившего удаль и любовь к родной речи вопреки болезни. Дружеское воспоминание соединяет его стихи, характер и посмертное …

Язык цветов

Я красоты не разлюбил

Герой сохраняет любовь к красоте, но отказывается принимать её за личное любовное увлечение. Частному очарованию он предпочитает общую творческую мечту о правде.

Я ласкаю тебя, как ласкается бор

Бурная любовь уподоблена ветру, который очищает лес от отживших ветвей. Разрушительная сила получает оправдание как условие нового цветения.

Ялта

Лунная Ялта раскрывается как мир глубокой тишины и гармонии. Созерцание моря, долины и гор наполняет душу восторгом и стремлением за земные пределы.

Я люблю в снегах печальных

Среди печальных снегов герой вспоминает южные деревья, звёзды и горные бури. Воображаемый пейзаж возвращает ему ощущение простора.

Я люблю тебя, люблю неудержимо

Признание в любви соединено с ощущением, что люди сами проходят сквозь мир и расстаются во времени. Герой надеется силой искреннего объятия удержать …

Я Марса одного недавно назвал Марсом

Рассказ об обидчивом военном превращается в жалобу на опасность любой сатирической реплики. Каламбуры с Марсом, барсом и картофелем в мундире показывают нелепую …

Я музыку страстно люблю, но порою…

Любовь к музыке рождает мечту об оркестре из природных голосов. Гром, листья, волны и молчание ночи должны передать дух симфонии мягче привычных …

Я не боюсь врагов

Герой готов противостоять открытой ненависти врагов. Зависть близкого соратника ранит его гораздо сильнее и превращает братский пир в отраву.

Я не люблю таких ироний

Эпиграмма строится на игре фамилии Кони и названий животных. Мнимая защита прогресса оборачивается насмешкой над прежними деятелями.

Я не люблю тебя: мне суждено судьбою

Герой признаётся любимой, что не любит её, но и никого другого не полюбит. Он презирал бы себя, полюбив другую, и плачет от …

Я очи знал, — о, эти очи!

Я пишу от души, и царям

Автор заявляет о невозможности писать угодливые оды царям. Любовь и собственная жизнь уступают в его иерархии ценностей свободе.

Я. Полонскому

Название поэтической книги «Снопы» даёт повод для язвительного каламбура. Мнимая похвала скромности Полонского переходит в намёк на низкую ценность части его стихов.

Я помню: был весел и шумен мой день

Память о шумной дружеской молодости противопоставлена нынешнему одиночеству. Поэт сохраняет бодрость, радость труда и внутреннюю свободу, поднимая бокал за неизменные ценности своей …

Я помню время золотое

Я поставил свечу

Горящая перед иконой свеча кажется герою плачущей. Сомневаясь в искренности собственной молитвы и способности любить, он гасит её, чтобы прекратить этот немой …

Я ревнив к этой зелени нежной

Поэт любуется первой зеленью весеннего леса и готов хранить это чувство до зимы. Вид майской листвы пробуждает грусть о прошедшей юности.

Яркий снег сиял в долине

Я рожден, где сполохи играли

Родные просторы представлены как силы, сформировавшие характер героя. Северное сияние, реки, степь и курганы образуют его личную карту происхождения.

Я сижу у проезжей дороги

Лирический наблюдатель смотрит, как беспечная юность устремляется по жизненной дороге, не замечая будущих потерь и смерти. Повторяющийся рефрен превращает путь молодых в …

Я сказал ей: тротуары грязны

Собеседник сообщает женщине всё более тяжёлые новости, от городской скуки до семейной трагедии. Её неизменное «неужели» превращает диалог в сатиру на душевную …

Я слышу, слышу ваш красноречивый зов

Уединение в природе противопоставлено столичной суете и зависимости. Свободный досуг становится условием достоинства и поэтического вдохновения.

Я схоронил для дум ненарушимых

Говорящий бережно хранит память о привязанности к женщине и издали представляет ее будущую жизнь. Нежные пожелания счастья сменяются тревогой, что они никогда …

Я только что хотел гонца к вам посылать