Русская поэтесса Серебряного века, переводчица и литературный критик, участница литературной жизни Москвы и Петербурга.
Биография
Перейти к стихамСофия Яковлевна Парнок (при рождении Парнох) - русская поэтесса, переводчица, литературный критик и автор либретто. Она родилась 11 августа 1885 года в Таганроге и умерла 26 августа 1933 года. Парнок принадлежит к числу наиболее самобытных авторов Серебряного века: в московской и петербургской литературной среде она участвовала в работе разных объединений, но не растворилась в одной школе и выработала собственную манеру.
Парнок получила разностороннее образование. Она окончила Таганрогскую Мариинскую гимназию с золотой медалью, некоторое время училась музыке в Женевской консерватории, а позднее занималась в Петербурге. Первые стихи были напечатаны в 1906 году. В следующие годы Парнок сотрудничала с литературными журналами, писала прозу и переводы, постепенно меняя раннюю подражательность на более самостоятельный поэтический язык. В 1911 году она начала публиковать критические статьи и рецензии под именем Андрей Полянин. В этих выступлениях она внимательно следила за новой литературой, оценивала её развитие и умела точно формулировать особенности поэтического письма современников.
Первый сборник стихотворений Парнок вышел в 1916 году. За ним последовали «Розы Пиерии» (1922), «Лоза» (1923), «Музыка» (1926) и «Вполголоса» (1928). В ранней книге заметны строгая композиция, сдержанная интонация и работа с культурными образами; позднее стих становится свободнее, а переживание - драматичнее. Исследователи отмечали в её поэзии точность слова, музыкальность и способность удерживать сильное чувство в ясной форме. Парнок не принадлежала к литературной группе в полном смысле слова, хотя её творчество развивалось в постоянном диалоге с символизмом и новой русской поэзией. Её самостоятельный стиль оказал влияние на молодую Марину Цветаеву.
Во время революционных лет Парнок жила в Крыму и в конце 1921 года вернулась в Москву. Она вошла в «Лирический круг», посещала «Московский цех поэтов» и «Никитинские субботники», выступала с чтением новых стихов. В 1926 году она была связана с кооперативным издательством «Узел», помогавшим выпускать книги авторов в условиях ограниченных издательских возможностей. Участие в кружках и издательских инициативах было для Парнок не только формой присутствия в литературной жизни: она помогала коллегам сохранять связи, организовывала поддержку знакомым литераторам и участвовала в обсуждении новых рукописей.
Литературная работа Парнок не ограничивалась стихами. Она переводила французскую прозу, занималась критикой и участвовала в создании оперного либретто «Алмаст» для композитора Александра Спендиарова. Переводы стали для неё важным источником заработка в годы, когда собственные стихи выходили редко. При этом она продолжала писать почти до конца жизни. Её литературная репутация закрепилась не только за поэтическими книгами, но и за критическими выступлениями, переводами и активной ролью в независимых литературных объединениях. Биография Парнок показывает путь автора, который соединял поэзию, перевод и литературную мысль и сохранял самостоятельность в меняющейся культурной среде.
После возвращения из Крыма Парнок была заметной участницей московских литературных встреч. Она не только читала собственные стихи, но и помогала сохранять связи между авторами, чьи возможности печататься были ограничены. В её поздней поэзии отразились напряжение исторического времени, одиночество и попытка удержать личный голос среди перемен. Рецензии Андрея Полянина показывают другую сторону той же работы: Парнок умела описывать литературные явления с аналитической дистанцией и при этом оставаться участницей живого литературного процесса.
Стихи Софии Яковлевны Парнок
В библиотеке Лиры собрано 138 стихотворений Софии Яковлевны Парнок - известные и редкие произведения на разные темы.
Испепелится сердце…
Сгорание сердца понимается как путь к рождению духа. Молитва просит сохранить очистительный огонь, который должен стать новым крещением.
Как светел сегодня свет!..
Первая весна переживается как новое сотворение мира. Общая первородная жизнь растений, животных и человека пробуждает в героине созидающий стих.
Каролине Павловой
Обращение к ушедшей поэтессе строится на повторяющемся напоминании о невозможности видеть, слышать и помнить. Живая смена природных впечатлений противопоставлена безразличию посмертного времени.
К нам долетит ли бранный огонь?..
Военная тревога сгущается над Петербургом в образах ветра, коня и державного всадника. Повторяющиеся короткие строки превращают исторический символ в грозное оживающее предчувствие.
«Который час?» — Безумный — Смотри, смотри…"
Лихорадочный ход часов сливается с ускоренным сердцебиением и предчувствием смертельного приступа. Страх одиночества вызывает настойчивую просьбу к любимой прийти в решающую ночь.
Краснеть за посвященный стих…
Требование вернуть письма бессильно перед необратимостью пережитой любви и творчества. Материальную тетрадь можно отдать, но её внутренний огонь уже стал частью поэтического …
Кубарь
Бесконечное кружение юлы превращается в образ мучительного навязчивого ритма. За дразнящей приговоркой слышны плач и изнурение души.
К чему узор расцвечивать пестро?..
Высшее упоение находится в ритме ожидания перед музыкой и поцелуем. Предвкушение одновременно разжигает кровь и сковывает её холодом.
Люблю тебя в твоем просторе я…
Любовь к России выражена через образ странницы, чей путь понимается как духовное житие. Земная держава и бедность объединены предчувствием внутреннего христианского венчания.
Мягко, лоно, будь постельное…
Земля и вечерняя природа призваны убаюкать покойную душу. Тихое обращение к прохожему требует бережной памяти перед вечностью могилы.
Не внял тоске моей Господь…
Героиня мучительно переживает плен плоти и отсутствие избавляющего холода. Во сне ей открывается прохлада духовного восхождения и личной встречи с Богом.
Не под женский вопль умирать герою…
Плачущая Муза берёт на себя единоличное прощание с погибшим героем. Античные образы возвышают скорбь о смерти на родной земле и обещание вечной …
Нет спутника сердцу неистовому…
Отсутствие друга и дома превращает земной путь в бесконечное странствие. Неистовое сердце принимает свою тоску как неотделимую часть жизни.
Ни до кого никому никогда…
Стремительный мир поездов и железного ритма не оставляет людям времени друг для друга. За торжеством движения возникает образ безразличного ада и близкого …
Никнет цветик на тонком стебле…
Прощаясь с землёй, героиня завещает любимой продолжить её любовь к миру. Цветы, поэзия, цыганская музыка и вечерние колокола складываются в перечень дорогих …
Ни утоленности, ни жажды…
Неопределённая ласка любимого оставляет соперником каждого и никого. За внешней ленивой приветливостью героиня различает предстоящую неизбежную любовную боль.
Об одной лошаденке чалой…
Жалость к измученной лошади расширяется до сострадания казнимому и палачу. Обращение к случайному человеку подчёркивает общую беззащитность перед жестокостью и одиночеством.
О, Боже мой, кто это? Входит. Сбежали…
Появление цыганской царицы захватывает внимание и пугает своим обаянием. Роза, чёрная шаль и золото превращают встречу в зрелище властной страсти.
Окиньте беглым, мимолетным взглядом…
Гадателю предлагается прочесть две судьбы в одной ладони. Спасение и гибель не исчерпывают двойственности жизни, поскольку разгадана лишь одна её линия.
Орган
Детское воспоминание о храмовой службе превращается в рассказ о пробуждении поэта. Звучание органа соединяет ужас и блаженство такой силы, что впервые размыкает …
Отметил Господь и меня…
Поэтическое называние переживается как личное крещение образов и приобщение к вечности. Героиня защищает небольшой, но кровно свой мир от заимствованных и случайных …
Отрывок («Круглое небо. Простор унылый…»)
Военный пейзаж превращает землю в пространство крови, воронок и блуждающей смерти. В чужом крике героиня узнаёт собственный голос, а над побоищем поднимаются …
Оттого в моем сердце несветлом…
Близость любимой пробуждает воображаемые картины табора, кочевой воли и неукротимой страсти. Обрамляющий повтор связывает эти фантазии с рождением весёлого стиха.
Отчего от отчего порога…
Любовь вновь и вновь уводит героиню из России накануне исторических потрясений. Своё отчуждение от родины она переживает через образ дочери, не допущенной …
Паук заткал мой темный складень…
Предчувствие смерти лишено торжественной красоты и возникает среди грубых городских звуков. Героиня связывает свой конец с той же будничной какофонией, под которую …
Полувесна и полуосень!..
Ранняя весна сохраняет осеннюю листву и зябкую неподвижность пруда. Молодой стебель среди прошлогодней травы обещает жар и новое цветение ещё холодного мира.
Поэту
Поэта призывают оставить лёгкую игру ради зрелой песни, оплаченной кровью и опытом. Образ выдержанного вина выражает жажду глубокого, строгого искусства.
Причуды мыслей вероломных…
Привычное любовное мастерство неожиданно нарушается настоящим чувством. Запоздалая близость вызывает в любимом ревность и попытку отомстить судьбе через причиняемую боль.
Разве мыслимо рысь приручить…
Ласковость любимой воспринимается как краткое затишье неукротимого характера. Театральное сравнение с Кармен связывает её улыбку с предчувствием опасной страсти.
Разве полночь такая — от Бога?..
Октябрьская полночь обостряет тоску одинокого сердца, которому не к кому устремиться. Тревожные небесные образы соединяют соблазн гибели с невозможностью найти душевный приют.