Стихи XIX века

Вконец окружены туманом прежних дней

Стареющий герой смотрит в прошлое как в ярко освещённое окно. Желание войти туда наталкивается на страшное условие: для возвращения нужно умереть.

В лесу

Лесные деревья словно рассказывают путнику о собственной борьбе, печали и любви. Их разные голоса завершаются молчанием угрюмого ельника.

В мае

Вновь белые колокольчики

Белые колокольчики среди душного лета напоминают герою о верных нездешних снах. Их ангельское присутствие поддерживает больное сердце и надежду на преображающую любовь.

Вот с крыши первые потёки

Первые весенние потёки замерзают, не достигнув реки. Но за их неудачным бунтом уже следует уверенная победа тепла и цветов над зимой.

В отъезжем поле

В плену

Душевный плен показан как утрата отклика на мир, от которой нельзя убежать простым перемещением. Свободная страна мерещится герою в собственной юности, когда …

Всё выше волны,

Угрожающая волна становится образом редкого исторического мгновения, в котором особенно остро хочется жить. Восторг перед полнотой возможного сталкивается с сознанием, что отдельному …

Всегда, всегда несчастлив был я тем

Поэт вспоминает женщин, остававшихся равнодушными к его стихам. Радость нового произведения он не мог разделить с теми, кто был близок ему в …

В чудесный день высь неба голубая

Колокольный звон вызывает у героя видения нисходящих на землю бесплотных сил. Свет и звук сливаются в переживание, которому невозможно дать точное имя.

Глядишь открытыми глазами

Созерцание ночного величия прерывается грубым возгласом. Герой предлагает пережить вторжение и дать случайным нарушениям уйти своей дорогой.

Гномы. III. В небывалое

Герой защищает возможность, сомнение и личную волю от непреложных запретов. Истина не отменяет для него права на мнение и свободную игру мысли.

Гуляя в сиянье заката

Одновременный свет месяца и заката напоминает герою о двух прежних любовях. Их несовместимость погасила когда-то полноту его счастья.

Да, да! Всю жизнь мою я жадно собирал

Герой собирал памятные вещи и близких, надеясь сохранить свой мир после смерти. Теперь он принимает разрушение дома как уступку места новым жизням.

Детское сердце

Дракон

Появление дракона разрушает беспечную веру в отсутствие зла. Обращаясь к Зигфриду, герой утверждает необходимость деятельной защиты святыни.

Есть радости — они как лавр цветут

Высшая радость оказывается связана с участием в чужом страдании и восторге. Одиночество преодолевается не самоутверждением, а способностью разделить чужую жизнь.

Жизнь и смерть

У моря две больные девушки по-разному встречают близость смерти. Изнеженная заботой семьи богатая девушка хочет умереть, а измученная нищетой сирота дорожит трудной …

Закат (Корабли в багряном зареве заката)

Зной

Изгнанник

Изгнанник возвращается весной в родные места, думая о прежней любимой. У дороги он узнаёт её имя на могиле самоубийцы и вновь уезжает: …

И. И. Вейнбергу

Юбилейное обращение прославляет рыцаря духа, который защищал правду, будил сострадание и обличал порок. Его имя включается в круг родных имён как пример …

Какая ночь! Зашёл я в хату

Лунный лес вызывает у героя чувство, будто он сам стал цветком под покровами хаты. Ночное созерцание стирает границу между человеком и растительным …

Какая ночь убийственная, злая!

Бурная тёмная ночь побуждает героя противопоставить ей песню о звёздах и луне. Воображение и музыка должны вернуть свет туда, где его пока …

Какая тишь и красота

Старинный город с башней, аркадами и черепичными крышами скрывается в вечернем тумане. Редкие закатные окна и море кровель приносят героине покой и …

Как думы мощных скал, к скале и от скалы

Взлёт орлов уподоблен подъёму человеческих мечтаний. Убитая двуглавая птица становится образом поруганных добра и красоты.

Как молчаливы здесь леса

Молчаливый северный лес хранит тень, прохладу и редкие птичьи голоса. Один солнечный луч оживляет его суровую красоту, как улыбка на задумчивом лице.

Когда в семье — психически-больной

Размышляя о психической болезни в семье, герой отвергает уверенное объяснение её причин чужими грехами. Вопрос о наследственности переходит в признание общей ответственности …

Когда деревья в светлый майский день

Когда я здесь, я не могу писать

Изобилие впечатлений мешает поэту сразу найти для них слова. Он сохраняет наброски, чтобы зимой память и воображение придали пережитому завершённый смысл.