Русский поэт, переводчик и драматург, известный под подписью К. Р.; великий князь и президент Петербургской академии наук.
Биография
Перейти к стихамКонстантин Константинович Романов (1858-1915) - русский поэт, переводчик и драматург, известный под инициалами К. Р. Он принадлежал к императорской семье, но литературой занимался не только как придворным увлечением: писал лирику на протяжении десятилетий, переводил Шекспира, Шиллера и Гёте, ставил пьесы и поддерживал литературную жизнь. Его стихам свойственны ясный мелодичный строй, сосредоточенность на личном переживании и интерес к темам любви, природы, веры и воинского долга.
Будущий поэт родился 10 (22) августа 1858 года в Стрельне под Петербургом. Он был вторым сыном великого князя Константина Николаевича и великой княгини Александры Иосифовны, внуком Николая I. Детство и образование Константина были связаны с подготовкой к военной службе, сначала морской. В 1874-1876 годах он совершил дальний поход на фрегате «Светлана» через Атлантический океан и Средиземное море, а в 1877-1878 годах участвовал в русско-турецкой войне. Позднее по состоянию здоровья он оставил флотскую службу и перешёл в сухопутное ведомство.
С юности Романов увлекался поэзией, театром и музыкой. Он играл на музыкальных инструментах, выходил на сцену в любительских спектаклях и рано стал писать стихи. Самостоятельную литературную работу он начал в 1879 году. В августе 1882 года в печати появилось его стихотворение «Псалмопевец Давид», подписанное инициалами К. Р. Этот псевдоним отделял литературу от официального положения автора и стал узнаваемым именем его поэтической работы.
Первый сборник стихов К. Р. вышел в 1886 году в небольшом тираже и предназначался главным образом для близкого круга. Позднее появились «Новые стихотворения» за 1886-1888 годы и книги, объединявшие произведения следующих десятилетий. В 1901 году был опубликован сборник «Стихотворения К. Р. 1879-1899», а в 1913 году его стихи вышли в трёхтомном собрании. Эти издания показывают развитие поэта от ранних обращений к библейским и историческим образам к более широкому кругу тем и жанров.
В лирике Романова часто звучит частное, доверительное высказывание. Он писал о любви, памяти, природе и смене времён года, но его стихи не замыкались в личной исповеди: рядом с интимными темами стоят размышления о вере, творчестве, родине и долге. Вдохновением служили произведения мировой культуры, образы Рафаэля, Моцарта, Шекспира и Пушкина. Поэт считал себя продолжателем пушкинской традиции и называл среди своих литературных наставников Афанасия Фета, Аполлона Майкова и Якова Полонского.
Особое место занимала военная лирика, связанная с его службой в Измайловском полку. Романов устраивал в полку литературные вечера, известные как «Измайловские досуги», и писал для них стихи о солдатской жизни. Одно из таких произведений, «Умер бедняга в больнице военной», вошло в народный песенный репертуар. В этой лирике воинская тема соединяется с сочувствием к простому человеку и наблюдением за его повседневной судьбой.
Музыкальность стихов привлекла к ним многих композиторов. На произведения К. Р. написали романсы Пётр Чайковский, Сергей Рахманинов, Рейнгольд Глиэр, Александр Гречанинов и другие авторы. Некоторые стихи стали известны благодаря музыкальным версиям, однако романсный успех не исчерпывает его поэтического наследия. Романов также сам сочинял музыку и интересовался театром, поэтому слово, мелодия и сценическое исполнение постоянно соприкасались в его творческой жизни.
Поэмы «Возрождённый Манфред» и «Севастиан-Мученик» показывают интерес Романова к драматическим и религиозным сюжетам. Он переводил драматические произведения Шиллера и Гёте, а его работа над «Гамлетом» Шекспира заняла несколько лет. Трёхтомное издание перевода вышло в 1899-1901 годах и включало исторические и литературные комментарии. Романов не ограничивался переводом текста: он выступал в постановках любительского круга «Измайловские досуги», в том числе исполнил главную роль в «Гамлете».
В 1914 году была опубликована его оригинальная драма «Царь Иудейский». Пьеса обращалась к евангельскому сюжету и вызвала общественное обсуждение; после цензурного запрета её удалось поставить в Эрмитажном театре по особому разрешению. Романов участвовал в постановке в роли Иосифа Аримафейского. Театр стал для него ещё одним способом соединить литературный текст, музыку и сценическое действие.
С 1889 года Романов возглавлял Императорскую Санкт-Петербургскую академию наук, оставаясь при этом командиром полка и позднее руководителем военно-учебных заведений. Он поддерживал академические учреждения и расширение связей между литературой и наукой. По его инициативе при Отделении русского языка и словесности был учреждён Разряд изящной словесности, в который избирали почётных академиков из числа писателей. Среди них были Бунин, Короленко и Чехов. На музыкально-поэтических вечерах великого князя бывали Фет, Майков, Рубинштейн, Чайковский и другие деятели культуры.
Константин Романов умер 2 (15) июня 1915 года в Павловске. Его наследие включает лирические сборники, поэмы, драматические произведения, переводы и критические отзывы. Подпись К. Р. стала для современников знаком поэта, который работал в условиях императорского двора, но обращался к традиционным человеческим переживаниям - любви, вере, памяти и ответственности. Его стихи продолжают звучать и на страницах книг, и в музыкальных произведениях, созданных на их основе.
Стихи Константина Романова
В библиотеке Лиры собрано 174 стихотворения Константина Романова - известные и редкие произведения на разные темы.
Задремали волны (К. Р.)
Известное стихотворение, автор - Константин Романов.
Прощание с Неаполем (К. Р.)
Отплывая от Неаполя на север, герой вспоминает золотую пору. Закат над заливом и далёкая итальянская песня становятся прощальным образом южного берега.
Псалмопевец Давид (К. Р.)
Давид предлагает царю исцелить душевную скорбь святой песней. Сила арфы объясняется божественным вдохновением и готовностью певца отдать себя служению.
Венеция (К. Р.)/III. Мост вздохов
Под Мостом вздохов в воображении героя оживают жертвы старинной венецианской власти. Безмолвие камня и воды скрывает память о насилии и смерти.
Венеция (К. Р.)/II. Баркарола
Ночная баркарола сопровождает прогулку двоих к морю. Лунная вода становится свидетелем поцелуя и желания забыть земные беды в любви.
Венеция (К. Р.)/IV. Скользила гондола моя над волной
Скользящая по вечерней воде гондола открывает закатное небо и морскую ширь. Созерцание рождает желание слиться с волной и вместить весь простор мира.
Венеция (К. Р.)/I. Надпись к картине
Картина Богоматери с Младенцем соединяет материнское любование с предчувствием будущей скорби. В ребёнке одновременно показаны божественное всеведение и детская беззаботность.
Венеция (К. Р.)/V. Помнишь, порою ночною
Воспоминание о ночной поездке в гондоле сохраняет лунную Венецию и песню гондольера. Её мелодия пробуждает грёзы любви и страсть.
Вернулся Май! Уж журавли (К. Р.)
Майское оживление полей и лесов изображено как всеобщее ликование. Силы природы пробуждают поэта и поднимают его вдохновенную песнь к небу.
Затишье (К. Р.)
Неподвижный жаркий полдень у моря погружает всё в оцепенение. Ему соответствует душевная дремота, в которой ещё слабо трепещет воспоминание.
Земля пробудилась от долгого сна (К. Р.)
Весеннее пробуждение земли радует героя простором полей и вод. Радость омрачает мысль, что любимая красота снова исчезнет под дыханием зимы.
Легенда про Мёртвое море (К. Р.)
Ночная прозрачность Мёртвого моря открывает в легенде развалины Содома и Гоморры. Безжизненная пустыня объясняется наказанием за человеческий грех.
Опять снизошло на меня вдохновенье (К. Р.)
Вернувшееся вдохновение отвергает прежние песни безнадёжной любви. Поэт обращает новую песнь к жизни и зовёт друзей принять её блаженство.
Отдохни (К. Р.)
Усталой и обиженной жизнью женщине предлагается остановиться и восстановить силы. Напоминание о земных радостях должно примирить её с судьбой и ослабить тревогу.
Письмо (К. Р.)
Из дальнего путешествия поэт вспоминает гостеприимный дом Кеппенов и разделённые с семьёй радости и печали. Тоска о близком круге смягчается надеждой вернуться …
Поймёте ль вы те чудные мгновенья (К. Р.)
Поэт описывает вдохновение как соединение восторга, любви и творческой муки. Признавая долг искусства, он отказывается подчинять живое увлечение холодному рассудку.
Серенада (К. Р.)
Серенада у окна обещает любимой спокойный сон под защитой нежной песни и ангела. Пожелания отрады противопоставлены будущим земным горестям.
Ты победил, Галилеянин! (К. Р.)
Гибель Юлиана изображена как признание победы Христа. Повтор победного возгласа переходит в призыв к личному освобождению от зла и порока.
Взошла луна… Полуночь просияла (К. Р.)
Лунная ночь и соловьиная песня окружают радостное признание во взаимной любви. Ответное чувство становится источником нового поэтического звучания.
Вы помните ль? Однажды, в дни былые (К. Р.)
Воспоминание о тихом полудне у пруда сохраняет красоту цветов и безмолвной близости. Но уже тогда наслаждение мгновением омрачалось предчувствием неизбежной разлуки.
Из Апокалипсиса (К. Р.)/1
Христос показан странником, который стучится к человеку и просит впустить Его. Обещания помощи и утешения соединяются с образом общей вечери.
На пороге жизни (К. Р.)/1
Открытая в цветущий сад дверь становится образом начала взрослой жизни. Молодому адресату желают надежды, отваги и неустрашимости на широком пути.
Разлука (К. Р.)
Разлука раскрывается во всей тяжести уже после последнего объятия. Привычный предмет среди близких внезапно напоминает об отсутствии друга и усиливает медленно тянущуюся …
Сфинкс (К. Р.)
Загадочная улыбка сфинкса объясняется легендой об отдыхе Богоматери с Младенцем у его подножия. Прикосновение Спасителя превращает неподвижного идола в хранителя тайны искупления.
Уж гасли в комнатах огни (К. Р.)
Влюблённые сидят в ночном саду, не решаясь нарушить молчание. Соловьиная песня выражает за них скрываемые чувства.
Умолкли рыдания бури кипучей (К. Р.)
Успокоение моря после бури сопоставлено с победой духа над страстью. Тишина пейзажа становится знаком возвращающейся внутренней силы.
Я баловень судьбы… Уж с колыбели (К. Р.)
Герой противопоставляет богатству и происхождению своё поэтическое призвание. Он хочет заслужить любовь народа песней, способной утешать людей и прославлять Россию.
Я засыпаю… Уж слабея и бледнея (К. Р.)
Образ любимой сопровождает героя при засыпании и оживает в грёзах. Пробуждение оборачивается томительным ожиданием ночи, когда встреча снова станет возможной.
Давно забытая под слоем пыли (К. Р.)
Умолкшая лира и порванные струны выражают душевную болезнь и утрату надежды. Поэт обещает возвращение вдохновения и песенное торжество новой жизни.
Из Апокалипсиса (К. Р.)/2
Апокалиптическое видение открывает новое небо, новую землю и сходящий от Бога город. Обещание жизни с Богом отменяет прежние слёзы, болезни и смерть.